Нежная боль

Как можно расслабиться, когда совсем рядом такая опасность.

Ненадолго мне удавалось проваливаться в забытье, но, словно по команде, мой организм выдёргивал меня обратно в реальность.

Когда в очередной раз удалось ненадолго забыться, из беспокойного сна меня резко вырвал чей-то крик. Вскочив с кровати, подошла к двери и прислушалась. Отчетливо слышался женский голос. Истошный, дикий, наполненный болью. Боже, что там происходит? Хотелось помочь, несмотря на собственное бедственное положение, но я не могла этого сделать.

Дверь заперта, и даже если стану кричать, вряд ли это подействует или остановит кого-то. А вот нарваться на неприятности и навлечь на себя гнев хозяина дома можно было с легкостью.

Крики продолжались, и я, заламывая руки, металась по комнате от бессилия. К женскому возгласу добавился мужской стон, и я, замерев, опустилась на кровать. Теперь было несложно догадаться, какого характера были эти крики. Не получив желаемого от меня, Садальский терзает ещё одну свою жертву.

Холодок пробежал по позвоночнику от собственной догадки. Куда я попала? Что за кошмар происходит в этом доме?

Крики не прекращались ни на секунду, заставляя меня ладонями закрыть уши и молиться о здравии той женщины, что подвергается таким пыткам.

“Прекрати, мразь! Прекрати!” – шептала дрожащими губами, раскачиваясь на месте.

Ужас усилился стократно, когда всё прекратилось. Что с этой несчастной? Жива ли она? А ведь на её месте сегодня должна была быть я. Закрыла лицо руками, разрыдалась, сотрясаясь всем телом.

– Ублюдок, ничтожество, – шептала, еле шевеля губами и глотая солёные слезы.

В том, что меня ожидает нечто подобное, даже не сомневалась, дело лишь времени. И что-то сделать или изменить я уже не смогу.

В ожидании своей участи забилась в угол комнаты. Сидела и наблюдала, как в окне зарождался перламутровый рассвет. В доме стали слышны шаги и голоса, а мне было уже всё безразлично. Словно кто-то отключил во мне все эмоции.

Через какое-то время послышались тяжелые шаги, с каждой секундой они становились всё громче, пока не оборвались возле входа в мою комнату.

Сердце пропустило удар и внутри всё сжалось от страха.

Дверь открылась, и в комнату вошёл незнакомый мужчина с подносом в руках.

Бросив на меня быстрый взгляд, подошёл к небольшому журнальному столику и поставил на него поднос.

От запаха еды к горлу подкатила тошнота. Несмотря на то, что я не ела уже больше суток, аппетита не ощущала.