Солнце краденое

Почему не сработало оповещение о разрыве охранного контура безопасности корабля?

Сканеры оптического и акустического обнаружения вдруг словно разом ослепли, оглохли.

Почему обратномагнитный щит пропустил инородное тело, а лучевой заслон ударил с минутной задержкой, фактически не сработав?

Почему, отчего и как вышло…

Но все это будет потом.

Все ответы он, безусловно получит, Аверин известен своим, как говорили земляне, ослиным упорством и невероятной дотошностью. Он проведет доскональное расследование, поднимет все записи посекундно, выдвинет множество правдоподобных гипотез, большинство из которых сам же и опровергнет.

Позже.

А тогда, в короткое невероятно мгновение космические судно класса A-IIV как будто тряпичную куклу встряхнуло и кинуло, словно маленький детский мячик куда-то вперед.

С тихим стоном каким-то загробным отключилась система искусственного тяготения корабля, тяжелым снарядом подкинув инспектора в невесомость и больно ударив о письменный стол.

Все твердые поверхности каюты должны была молниеносно свернуться, утопая в полах и стене, позволяя живым существам избежать неприятных физических травм, но… Все почему-то сломалось.

Потирая ушибленное плечо, Мак прислушался к звукам на судне.

Тишина. Пугающая и неуместная.

Потом снова гулкий удар, откинувший Макара на стену чуть выше кровати. Теперь он оказался готов, и удачно сгруппировавшись, только проехал спиной по пористой обшивке стены. Скольжение получилось не очень приятным.

Хорошо еще, с давних лейтенантских времен Мак имел дурную привычку спать в отдельном, “постельном” комбинезоне упругая поверхность которого с отвратительным звуком и затормозила их общий полет.

– Да что происходит, скажите?! – громко рявкнул уже очень злой капитан.

И вот тут все системы оповещения как будто бы разом проснулись, взбесившись. Вой аварийных сирен и дичайшая какофония спецсигналов буквально вынесла Аверина из каюты.

Прекрасно, просто великолепно: пока заорешь, контора не заработает.

Вот напрасно он месяц жалел экипаж после дурдома на Кеплер 1708, где по собственной дурости, а еще общей страсти искать и находить приключения на все выпуклые части человеческих тел, они подцепили грибок новомодный. Тогда еще не карантинный и малоизвестный. Эта гадость вполне симпатично подкрашивала кожу всех гуманоидов под настроение индивидуума. Получался такой человек – индикатор.