По снегу босиком вместе

Тихий треск стационарного домового портала. Она оглянулась назад, и увидела мужа. Разом вдруг постаревший, с лицом белым, как полотно, он стоял, с очевидным трудом опираясь о стену.

Молча. Но глаза его… Ольга нащупала пальцами рук табуретку, упав на нее. Ноги предательски подкосились.

– Как давно? – прохрипел так, как будто его крепко кто-то душил.

– Ты… все неправильно понял – мучительно кружилась голова, ее почему-то тошнило.

– Ясно. Я так и подумал.

Зачем-то тряхнув головой, шаркая громко ногами, ставшими вдруг непомерно-тяжелыми, он развернулся спиной к ней.

Сгорбленный, оказавшийся сразу как-то значительно ниже ростом, Вурус двинулся к выходу.

– Куда ты? – голоса не было, он предательски совершенно пропал. Получился лишь шепот.

– Сдохнуть. Для меня это единственный выход.

©Нани Кроноцкая

10. Оглянись назад

– Все, все, Ди. Дыши. Мы закончили, слышишь?

С огромным трудом открывая глаза, сквозь ресницы увидела испуганное лицо Лера. Ради этого стоило падать в обмороки, хоть каждый час, даже семь дней в неделю.

Каменный Гуло напуган. Он вздохнул облегченно, убирая с ее влажного лба непослушную прядь волос. Девушка вся была мокрая как лягушка.

Легкое дуновение бытовой магии, и сухое тепло обернуло ее как горячее банное полотенце. Забота. Такое приятное слово. Покосилась чуть ниже, обнаружив, что лежит у него на руках, а рядом, прислонившись к серому валуну замер Линкс.

“Он видел?” – нужно было понять, как вести себя с этим невольным свидетелем преступления.

“Я там много всего ему наговорил и поправил. Вспомнит увиденное, когда нам нужно будет. Но не сейчас. Ему придется все это в душе устаканить”. – Лер вдруг потянулся к эмоциям Ди, о чем-то своем размышляя, но не открывая ей бурный поток мутных мыслей. Да она и не лезла. Достаточно было своих на сегодня. – “Ветерок… и сама ты остынь. Помнишь, как часто все было совершенно не очевидно? Я снова не верю тому, что мы видели.”

Задумавшись на минуту, она согласилась. Что-то было не то в этом “Вурусе”.

К величайшему сожалению, никаких следов уже не осталось, а в сознании Валентина виден был лишь отпечаток увиденного.

Они молча выпили остывающий чай. Неторопливый мысленный диалог инквизиторов Валентин не тревожил словами. И уже было начали устраиваться на ночевку, как на руке у него замерцал ярким светом тонкий прозрачный браслет. До этой минуты невидимый, сейчас он буквально пылал на запястье мужчины. Он смотрел на свою руку, явно не веря глазам своим.