Я бегу по снегу босиком дальше

Пепельно-бледный, неподвижный, он дышал так тихо и поверхностно, что только чуткие датчики утверждали: он жив.

– Вы действительно тут остаетесь одна? Хотите, я сообщу о внештатной и покараулю?

Ба… напрасно она так плохо подумала о парнишке. Он волновался.

– Прости, я не помню твоего имени.

– Костя. Капитан-лейтенант Константин Корвус.

Она рассмеялась. Хитрые птицы, в тяжких мыслях своих она даже не поняла, что рядом с ней ворон.

– Костя, я же…

– Вы женщина. Остальное я знаю. Вокруг неспокойно, а вы тут одна.

Обещайте мне, – он вынул из кармана маленький и круглый черный камушек. – Если будет нужна наша помощь – позвать. Кроме всего прочего, мы в долгу перед этим драконом.

Марго удивилась, выразительно бровь изогнув.

Пилот покачал головой отрицательно – это не его был секрет. И вложил артефакт в ее руку.

Вертолет медленно поднимался, осветив на прощание бухту прожектором.

Марго не было страшно: «дитя природы», касатка, зверочеловек, великая, она была у себя почти дома.

Но жест Корвуса ее растрогал, сразу стало теплей и светлей.

Несколько бытовых заклинаний (поняла бы она сразу, что рядом ворон, и вещи ему бы таскать не пришлось) – и лагерь готов. Она не просто так выбрала это место: бухта Жировая издревле была известна, как тихая гавань в сумеречных штормах. Здесь всегда было тихо, и ей ничто и никто не сможет теперь помешать.

Очаг, яркий огонь с закипающим чайником на крючке, большая палатка.

Датчики на драконе мерно тикали как часы, напоминая навязчиво: время идет.

Пора принять это решение. Возможно – самое важное в жизни Марго.

Или – смалодушничать, сделав несколько робких попыток его избежать.

Время уходит.

9. Ожидание

“Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.” (Эрих Мария Ремарк)

Именно на остающихся ложится груз тяжести ожидания.

Они возвращались в дом, терзаемые тревогами.

Медленно вошли они в ту самую комнату, с засохшими лужами крови на гладком полу, мерцающей экранами лабораторией, разбросанными окровавленными полотенцами и бинтами.

Ужин, аккуратно выставленный высокой пирамидой в углу гостиной, выглядел довольно странно.

Ольга обвела взглядом представший перед ними хаос, вздохнула, подошла к стене, нащупав пальцами аккуратный каменный выступ в виде полусферы, погладила его круговыми движениями и что-то произнесла, очень тихо.