Зимнее серебро

Я вернулась к Мирьем и рассказала, что Олег умер – он лежал на снегу весь замерзший прямо возле своей конюшни и смотрел невидящими глазами в небо. А лошадь и сани стояли на месте.

Мирьем молча выслушала и ничего мне не ответила. Я потопталась немного в нерешительности, а потом, не зная, что еще сделать, сказала:

– Пойду коз покормлю. – И Мирьем кивнула.

Назавтра я обходила деревенских заемщиков, вниз по восточному тракту. Там уже все обо всем проведали. Меня то и дело спрашивали, правда ли, что Олег умер, и, услышав, что да, правда, огорчались.

Олег был весельчак, зимой угощал приятелей пивом и водкой, а если ехал за хворостом, не забывал прихватить охапку и для бедной вдовы. Даже отец, когда я пришла домой и рассказала об Олеге, горестно охнул. Его хоронили во вторник, и только его вдова пришла из церкви с сухими глазами.

Все судачили о смерти Олега. Но никто не поминал Зимояров. Сердце у него разорвалось, так все говорили и качали головой. Беда, коли такое стрясется с крепким мужиком.

Но никто не удивлялся, что Олег глубокой зимней ночью заледенел как сосулька.

Я ни с кем обсуждать это не стала, кроме Сергея. Мы с ним стояли на дороге среди леса – безмолвного, яркого от лунного света. Сергей шел к заимодавцу ночевать. Мирьем не сказала ему, что больше не надо приходить, хоть и ясно было, что отгонять от дома Зимояров мальчишке не по силам. И платить нам Мирьем не перестала. О Зимоярах мы с братом особо и не думали: Сергей будто бы приглядывает за козами.

Поэтому он, как и прежде, приходил к заимодавцу каждый вечер, ужинал и завтракал, получал свои пенни, и мы закапывали их по дороге к дому возле белого дерева.

– Ты помнишь? – спросила я его, а он весь оцепенел. Мы ни разу речи не заводили о том, что с ним тогда случилось в лесу. Ни разу.

Ему и сейчас не особо хотелось об этом говорить, но я встала у него над душой. Стояла и молчала, как бы допытываясь, и он сдался.

– Я свежевал кролика, – сказал Сергей. – А он выехал из-за деревьев.

И говорит, что, мол, лес этот его, а я, значит, вор. И еще он сказал… – Тут Сергей умолк, и лицо у него сделалось такое измученное. Он помотал головой. Не помнил он, что там еще было, и вспоминать не хотел.

– Он на звере ехал? Зверь такой, с копытами и когтями, да? И сапоги остроносые, да? – не унималась я. Сергей неохотно кивнул.

Выходит, это и был тот самый: не простой Зимояр, а их владыка. И если этот владыка не соврал, он повелевал всем лесом.