Тили-тили Тесто

Стас ожидал чего угодно, но там было такое… Название картины он не запомнил, а вот некоторые сцены прочно засели в его памяти, и Стас часто по ночам мечтал, как бы он с Викой…

– Нет, это просто какое-то безумие! – он тряхнул головой, отгоняя навязчивые образы.

– Ты это мне?

Стас огляделся. Он сам не заметил, как примостился на лавочке, а рядом с ним уселся пожилой мужчина характерной внешности.

– Чего вылупился, глазастый? Цыгана никогда не видел?

Стас покрутил в руке Викины бусы и для надежности засунул их в карман.

Мужик захохотал, звонко шлепнув себя по коленкам.

– Думаешь, я тебя обворовать собираюсь? Да кабы я хотел, забрал бы бусины, пока ты тут сверлил взглядом асфальт.

– Ну и чего ва… тебе? – грубо спросил Стас, стараясь избегать внимательного взгляда жгучих глаз. Он помнил, что цыганам нельзя смотреть в глаза, говорят, они умеют заболтать до смерти.

– Да вот, решил, что тебе помочь надо. Хочешь, будущее поведаю? Всю правду расскажу…

Стас недоверчиво хмыкнул:

– А разве у вас этим не женщины занимаются?

Цыган кивнул:

– Женщины у нас работящие, всем занимаются, даже тем, чего не умеют.

– То есть, они врут?

– Бывает, – опять согласился мужчина, – но чаще люди сами хотят слышать ложь.

– Так ты можешь мне рассказать будущее? Бесплатно? – Стас понял, что попал-таки под власть черных глаз незнакомца.

– Э, нет! – покрутил головой цыган, прищелкнув языком.

Стас покопался в кармане и протянул мужику рубль. Тот обрадовался:

– Ох, и щедрый ты, как я погляжу! Ну, за это я тоже буду щедрым. Слушай внимательно, – цыган перешёл на таинственный шепот: – Двадцать первого июня, ровно через тридцать лет, ты в это самое время будешь просить прощения.

Стас взглянул на часы, семнадцать сорок пять:

– Что, прям минута в минуту? И у кого?

– У красавицы, чьи бусы в карман засунул.

– Хм… – Стас выругался про себя. Что за чушь! С чего ему просить у Вики прощение через тридцать лет? Вот дурак, повелся на цыганские штучки.

– И сразу говорю, она тебя не простит. Придется постараться.

– Угу, – Стас поднялся с лавочки и двинулся прочь. – Ладно, мне рубля не жалко, но мог бы придумать что-то и по интереснее.

– Я всю правду сказал, яхонтовый, – прокричал цыган ему вслед.