Ты больше не уйдешь!

И явно трахать меня в какой-то комнате клуба не так интересно, как на его огромной кровати в каюте. Или он намеренно меня дразнил? Чтобы я сегодня мучилась в постели ночью, сжимая одеяло между ног.

Но раз отпускает – надо скорее удирать, пока не передумал. Я вылетела из комнаты и быстрым шагом поспешила по коридору.

Скоро у него найдут алмазы, и он перестанет быть довольным. А если это не сработает – у меня припасено еще несколько способов, как его могут вытурить с лайнера. Больше нельзя оказываться с ним наедине.

Ни в коем случае.

Ибо я совсем себя не контролирую… Еле сдерживалась, чтобы по дороге к каюте не начать плакать и тереть губы рукой. Ну почему я такая слабая… Я ведь могла не поддаваться. Могла.

Подозрительно, что он меня отпустил. Возможно, уже знал, когда мы останемся наедине в следующий раз в более интимной обстановке? Ловушка… О которой не подозреваю. Но я больше не собираюсь никуда ходить в одиночестве.

В каюте брат накинулся на меня с вопросами. Конечно, мне следовало бы дать ему пару ответов, хоть что-то рассказать про флешку, но я хотела только в душ, только драить себя мочалкой под ледяной водой часами.

– Что это? – Ростик осторожно взял меня за предплечье и поднял его на уровень глаз. От жесткой хватки Адама остались слабые, но заметные синяки. – Марта, что случилось?

Я в растерянности потупилась, словно была не старшей, а младшей сестрой. Выложить ему все?

– Знаешь, Ростик, после того как ты меня шантажировал моей тайной, охота тебе что-либо рассказывать вообще пропала!

– Мартуш, ну прости! – Брат свел брови домиком.

 – Я бы не стал никому на самом деле рассказывать! Ты же меня знаешь, ну? Просто ты не соглашалась помочь, и я не знал, как мне быть… Само как-то с языка сорвалось.

И что с ним теперь делать? Лицо такое виноватое. Ореховые глазки печальные.

– Если ты кому-то расскажешь, я тебе голову оторву, ясно?!

– Да никому я не расскажу. Нет ничего важнее моей сестренки. – Он широко улыбнулся, но спустя пару мгновений серьезно нахмурился: – Так кто это сделал?

– Адам… – Я мешком свалилась на кровать.

 – Он меня затянул в клубе в какую-то комнату и… – На губах зудели следы поцелуев. Я поднялась. – Нет, пойду умоюсь.

Брат с воинственным видом преградил мне дорогу.

– Что он делал с тобой в той комнате?!

Если солгу, мне Ростик не поверит. По тому, какая я взъерошенная и нервная, и так можно догадаться, что мы там в комнате не мультики смотрели.