137 чудес маленькой истории. Возможно ли будущее?

На окраине же всегда свежий воздух, прохлада леса и умиротворение. Таможенный пост располагался далеко, за несколько километров, так что вид военных не тревожил. Джянховет еще не открыли, хотя вовсю вели переговоры. Миссис Ноубл никак не относилась к политическим вопросам. Она принимала то, что оглашали, исходила из фактов и бед не знала! Примут – замечательно, столько нового увидит мир, жители Джянховета вспомнят былое. Не откроют – мирная жизнь без изменений. В сердце каждый понимал, что у Джянховета два исхода: либо принятие миром, либо уничтожение.

Но никому не хотелось думать о подобном в столь удивительном месте.

Рама окна опустилась, занавески всколыхнулись. Со второго этажа доносилась музыка. Где Говард ее достал – неизвестно. Никому из семьи Ноубл она не нравилась. Слишком прогрессивная, резкая и, отчасти, экстремистская. Однако Говарду нравилось. Пока он оставался прилежным, не нарушал закон и не делал прочих глупостей, семья мирилась с его странными предпочтениями.

В остальном же Говард был идеальным сыном. Миссис Ноубл начала проверять шкафчики: наступила пора готовить ужин. Муж должен был скоро вернуться из магазина. Теряясь в догадках и вариантах, миссис Ноубл обреченно вздохнула и облокотилась о раковину.

– Что такое, доченька?

– Сегодня ужин готовит Ричард!

Миссис Ноубл сняла фартук и откинула его в сторону. За неделю она жутко устала, а тут еще и пришлось думать насчет приближающегося дня рождения сына. Миссис Ноубл прошла в гостиную и упала в кресло, раскидывая лапы в разные стороны.

Голова откинулась назад, веки прикрылись. Если бы еще не боли, вспыхивающие то там, то тут из-за беременности, все было бы не так плохо.

– Ты покормила Хоуп? Она говорила, что проголодалась пару часов назад. Надо будет с ней погулять.

– Мам, – протянула миссис Ноубл. – Ты приехала, чтобы помочь нам, пока я беременна, разве нет? Погуляй с Хоуп или попроси Говарда, поиграйте с ней. Каждому питомцу надо уделять время.

Цветы покачивались на прилежных клумбах перед домом. Приятное солнце ласкало яркие лепестки, листочки дрожали. Зеленая постриженная трава сладко спала и пробуждалась, медленно потягиваясь. Начинающаяся лесная полоса разрезала небо на чудные треугольники, ломая солнечные лучи. Облака медленно плыли по небу. Будто бы весь мир еще спал. В такую жару ничего больше не хотелось. Шелест природы разносился до центра города и терялся в музыке голосов.