Ситкордис

Чем я лучше Кармса? Нет… Нет! Я лучше Кармса! Он безжалостный, убил девчонку, издевался над ней и, походу, получал от этого удовольствие, а я… Я… Пока не знаю… Так! Вот! „…Оборотни чувствительны к серебру. По легенде, оборотня можно убить, выстрелив серебряной пулей ему в сердце, либо серебряным клинком…“ Как в кино, что ли?»

– Серебро! – уже вслух сказала Никки. – Нужно проверить…

Она прошла в свою комнату и достала из комода небольшую шкатулку. Там была, в основном, бижутерия, не имеющие материальной ценности.

Но имелись и серебряные, и золотые украшения, доставшиеся ей от матери.

Аккуратно, двумя пальцами, она подняла серебряное колечко и положила себе на ладонь. Ничего. Никакого эффекта. Никки хмыкнула и скривила рот в ухмылке. Затем потрясла головой, как бы отбрасывая бредовые мысли.

«Тем более, полнолунья нет. Да и когти с клыками не вылезали», – подумала она, а вслух произнесла:

– Значит, я не оборотень, – девушка посмеялась над собой.

Швырнув кольцо на место, он захлопнула крышку шкатулки и бросила её на комод.

Но бросок не удался, и шкатулка упала на пол, рассыпав все «драгоценности». Никки опустилась на колени и начала всё складывать на место. Вдруг она почувствовала жжение на ладони. Посмотрев на левую руку, она обомлела от увиденного: в её ладонь плавно, как нож в топлёное масло, врезалась золотая цепочка. Девушка вскрикнула от боли и, резко вырвав из своей ладони цепочку, зашвырнула её в угол.

Никки не верила своим глазам: рана от украшения дымилась, как от серной кислоты, но она быстро заживала.

Секунд через десять на руке даже шрама не осталось.

– Значит, золото, – пробормотала Никки. Она встала с пола и зашагала на кухню к ноутбуку. – Нужно выяснить, кем я стала.

Глава 9

Голод опять дал о себе знать. Как быть? Где брать сердца? Ярость наполняла её, разум говорил, что нужно держать себя в руках, ведь ты не можешь причинить кому-то ещё вред, а особенно своим тёте и дочери.

Значит, нужно попробовать сердца животных.

Каких? Где? … Точно! Мэтт – «мясник». Нужно наведаться к нему на скотобойню. Кого, но её он будет рад видеть у себя нам работе.

Весь день Никки посвятила «изучению себя». Облазив весь интернет, она не выяснила почти ничего, кроме перевода двух слов, которые произнёс тот незнакомец. Оказалось, он говорил на латыни. Первое слово (которое она запомнила) означало – «разрешаю» (auctorizare). Потом он сказал «берегись мессоремов».