Сделано в аду

 – Вот тебе и новый сюжет для шедевра фанфикшена.

Джен тихонько хихикнула, чуть толкнув подругу плечом:

– Не бесись.

Айви улыбнулась, запуская руку в еще влажные после душа волосы. Взгляд карих глаз наткнулся на белку, копошащуюся на дереве, и сосредоточился на ней, а девчонка произнесла нарочито безразличным тоном:

– Да как знать, может, отвлекался. На что ему еще связываться с каким-то подростком?

– О-о-о… – протянула Дженни и отмахнулась, словно Айви была ипохондриком, затянувшим старую песню о своей несуществующей смертельной болезни.

– Что? – нахмурилась группи, отвлекаясь от созерцания занятий белки и переводя взгляд на подругу.

– Ничего нового, ты как всегда глупенькая, – уверенно заявила та. – Во-первых, ты вполне тянешь по внешности и на восемнадцать…

– При нужном освещении и с тонной макияжа, – буркнула Айви.

– … А во-вторых, связался он, потому что ты красивая девчонка. С твоими скулами и улыбкой а-ля Джулия Робертс, но круче, только в молодежных сериалах да для журналов сниматься.

А про нос я вообще молчу. Это самый прямой и классный нос из всех, что я видела, – продолжала вещать Джен.

– Ты и в своих сочинительствах также героинь описываешь? – рассмеялась группи, у которой от комплиментов немного покраснел кончик вышеупомянутого носа и впрямь очень правильной формы.

– Каких еще героинь? Обижаешь, – хохотнула Дженни. – Я же слэшер[7 - Слэшер – автор или поклонник слэша, жанра фанфикшена, описывающего гомосексуальные отношения между мужскими персонажами.

]. Да и ты была бы Мэри-Сью[8 - Мэри-Сью – персонаж женского пола, наделенный автором нереалистичными талантами, достоинствами и удачливостью.] с такими описаниями. Хотя нет, для этого звания ты слишком тощая, и груди у тебя не наблюдается, как таковой.

– Знаешь, Джен, – иронично хмыкнула Айви, смотря на подругу, как на местную душевнобольную, которую никто не воспринимает всерьез, – иногда мне кажется, что мы с тобой говорим на разных языках.

Айви аккуратно поднялась на ноги и забралась обратно в свою комнату.

Дженни последовала за ней, и девчонки по традиции упаковали окурки в конфетные фантики, что валялись на письменном столе маленькой художницы. После эти «сладости» отправились в мусорную корзину под столом, припорошенные смятыми старыми эскизами, чтобы никогда не оказаться найденными Одри.

Немного успокоившаяся после курева и честного разговора, тоскующая поклонница вновь проверила телефон.