Шанс на любовь

Знаешь, зачастую даже не замечаешь, когда осенью день становится короче, а весной, наоборот, длиннее.

– Я тебя понимаю, порой стою в пробке, выглядываю в окно и понимаю, что уже сезон сменился, новое здание отстроили на месте старого, и улица сразу начинает преображаться, хочется бросить машину в этой самой пробке, а самому пройтись и насладиться видами. А потом гудок сзади возвращает на Землю. Снова автомобильный поток, подписи в документах на автомате, и все границы дней стираются, становясь одним бесконечным днём.

Вернувшись домой, мы уже в привычном тандеме накрыли на стол и разогрели ужин. Наслаждались ужином за приятной беседой, потом вместе всё убрали, привели кухню в порядок. И отправились валяться на кровати за просмотром сериала. Нынче увлеклись и не заметили, как уснули вместе.

Снова.

Олеська грелась в моих объятиях, так крепко прижималась, будто боялась, что могу исчезнуть, поэтому и удерживала всеми силами. А сегодня я проиграл сам себе, не смог от неё отстраниться. Лишь голову повернул к ней и вдохнул тонкий аромат волос.

И так опьянительно хорошо стало. В то же время так мало одного вдоха, захотелось ещё и ещё.

Но тут девушка немного заворочалась, и я испугался. Всё моё тело напряглось. Думал, всё, дурман рассеется, и фантомное счастье разрушится, так и не дав мне насытится им. Только ждал меня приятный сюрприз. Девушка отстранилась лишь слегка, чтобы чуть приподнять голову и заглянуть мне в лицо, а потом такой тихий, едва слышный, но уверенный шёпот.

– Филипп, поцелуй меня, пожалуйста.

Меня не надо было просить дважды. Я поцеловал её сразу, нежно, но в то же время показывая, как хочу её, как желаю. Она отвечала с неменьшей страстью, ей тоже становилось мало этого поцелуя. И вот уже её руки изучают мой торс, плечи, тонкие пальчики зарываются в мои отросшие волосы. Ей мало этого также, как мало и мне. Я ощущаю наш общий голод.

Чувствовал, как Олеся отзывается на мои прикосновения, пока мои руки скользят по её телу, обводя изгиб стройного тела. Не выдерживаю, опрокидываю её на кровать, а сам нависаю над нею, чтобы дальше показать ей всю свою любовь, дать почувствовать всю мою страсть и нежность к ней, глубину всех своих чувств.

О таком не стоит говорить. Слова ничто, пыль, которая тут же развеется и забудется. Поэтому каждым движением, каждым поцелуем говорю Лесе, что люблю её, что она самая желанная и единственная женщина во всей вселенной.

Глава 6

Прошло два месяца после того значимого утра с Филиппом.