Зло во мне

Мне больно… Но я забуду…

Домой Женька перестал ходить, но теперь он стал провожать и встречать меня с работы. Тянулись дни, превращаясь в недели. Бывало, что я скупо и холодно отвечала каким-нибудь «больным» словом на его признания и уверения, а чаще шли в гробовом молчании, так как всё было уже и так давным-давно сказано…

Но всё же его настойчивость и совершенно разбитое состояние подтачивало меня день за днём. И однажды вечером, когда мы шли домой через парк, во мне, наконец, лопнула эта струна… Я, неожиданно тяжело и резко рухнув на лавочку, не выдержала и расплакалась навзрыд, не обращая ни на прохожих, ни на Женьку никакого внимания…

Он тут же упал на колени передо мной и начал хаотично, но невероятно нежно покрывать поцелуями мои пальцы, которые судорожно сжимали отчаянно плачущее лицо.

При этом он непрерывно шептал:

– Настенька, Настенька, прости меня… Я умру за тебя, солнышко моё… Ты счастье моё!.

. Без тебя меня нет. Я прошу, прошу, вернись ко мне…

Из груди вырывались страшные рыдания. Я захлёбывалась в своей боли и вместе с тем в своей больной любви. И спустя долгие, мучительные минуты я только и смогла произнести:

– Как ты мог? Как ты посмел с нами это сделать?.. Ведь я так люблю тебя…

Да-а, пока думала, да ностальгировала вся сигарета до фильтра стлела. Хотя один из моих «бывших» утверждал, что в фильтре тринадцать затяжек.

Сам что ли, придурок, раскуривал? Он бы мог, даже без спора… а так… чисто из своей непримиримой тяги к абсурдным дворовым рекордам. Но так как я не рекордсмен, лучше следующую подкурю.

Ну вот! Опять совесть в виде сурового Женькиного взгляда карябает и всплывает перед моими бесстыжими глазёнками… Да, брошу я, брошу, не мельтеши…

Ой, щас прикрою, Толяськино блевотное неглиже газеткой… Хотя… Маришка всё равно завтра с утречка заставит его всю кухню языком выдраить и эту газетку в глотку ему запихнёт.

Да ещё каблучком своих неимоверно элегантных тапочек с розовым помпоном, протолкнёт её как можно глубже в его проспиртованный желудочно-кишечный тракт… Ладно, всё равно надо бы…

…Бли-и-ин! А вот и наша принцесса… Тьфу ты! Вспомни «его», вот и «оно»!.. Легка на помине.