Непредсказуемый спектакль

Мерзко хихикнув, я направилась к любимице нашего несравненного красавца, естественно, с пакостным намерениями, по пути доставая бутылку с апельсиновым соком. Я очень любила этот напиток, но для Паркера мне ничего не жалко. Мерзко улыбаясь, я, хорошо встряхнула бутылку, открутила крышку и разлила сладкий и липкий сок на белый капот машины, не забыв про лобовое стекло.

Удовлетворив мое затронутое эго маленькой пакостью, я с чувством легкости направилась в сторону столовой, где меня уже ждали мои подруги.

Буквально подбегая к столовой, я увидела стоявших на крыльце Абигел и Линду.

На самом деле, мы вместе снимали квартиру недалеко от нашего университета. Обе были высокими, при моих – то метр шестьдесят пять, и обе брюнетки. Только если у голубоглазой Линды они были подстрижены под удлинённое каре, то у сероглазой Абигел они непослушными кудряшками разметались по плечам и спине.

Мы учились на разных факультетах, но нас объединяет взаимное чувство к Паркеру. Они, так же как и я, на дух не переносили смазливую мордашку Белобрысого.

Но если ни Линда, ни Абигел не удостаивались должного внимания, то мне от его подколов, шпилек и пакостей проходу не было.

Я быстро вбежала по ступеням. Линда отлепилась от колонны, которую подпирала своей пятой точкой.

– Ну, и где ты так долго капалась?

Я состроила язвительную мордашку и ответила таким же тоном:

– Ну, начнем с того, что мой путь пролегать через парковку. И вы не за что не поверите, что я там увидела…

На последних словах меня снова начала охватывать ярость.

Они посмотрели друг на друга и, не поворачиваясь ко мне, с ехидными улыбками протянули:

– Паркер!

О нашей взаимной «любви» знал не только наш курс, но и весь университет. Каждый раз все с непередаваемым восхищением любовались, как мы тявкаемся и, конечно же, всех волновало, чем же закончиться эта «битва титанов». Мне, сказать честно, и самой было интересно, к чему это все приведет.

– И что опять этот Белобрысый натворил? – с интересом спросила Линда, улыбаясь своей ехидной улыбкой уже мне.

– Эта безмозглая обезьяна – начала я с сарказмом, чтобы не начать злиться снова, – обрызгала краской мою машину.

Линда и Абигел удивленно переглянулись. Да, удивляться было чему, такого еще не было. Проявляет фантазию, мерзкое создание.

– Это, я так понимаю, за утопленный тобой эмпэтришник, – скорее утверждала, чем спрашивала Абигел.

Я обреченно вздохнула.