Спаси мою дочь, бывшая!

Стал красивым, сильным. Я помнила его ещё худеньким подростком в очках, которого родители забрали в город. Мы были когда-то лучшими друзьями.

– Витя, здравствуй! – лепечу я и улыбаюсь. – Не думала, что мы когда-то встретимся.

– А я надеялся на это! – отвечает мужчина. – Во всех прохожих частенько искал тебя…

От бархатистого голоса Виктора, наполненного нескрываемым восторгом, мне становится немного не по себе, и я смущённо отвожу взгляд в сторону.

– Погуляем завтра вечером? Сегодня я в город уеду, по работе, а вот завтра вернусь…

Я смотрю на Витю и думаю, что ответить ему…

Когда-то нас в шутку называли женихом и невестой, но слишком много воды утекло.

Должна ли я бояться общения с ним теперь?

– Вить, я не знаю, – мотаю головой я.

– У тебя есть кто-то? Ты не подумай ничего лишнего, Тань! Мы просто прогуляемся, как в былые времена, как друзья…

– Ладно! – отвечаю с улыбкой и пытаюсь сбежать от неудобных вопросов. Я не знаю, что ответить мужчине, потому что у меня нет молодого человека, и я не планировала обзаводиться им.

Мне хватило одного предательства, поэтому я даже не думала о серьёзных отношениях. Все свидания, которые были у меня после Багрянского, заканчивались на моей просьбе больше не писать и не звонить мне. Я сбегала от отношений, потому что боялась, что снова получу сильнейший удар в спину.

– Вот и договорились! Пойдём чай пить? Бабушка уже на стол накрыла! – улыбается Витя и аккуратно берёт меня под руку, увлекая в дом.

Внутри очень уютно и по-домашнему тепло, совсем как в детстве.

Аромат жареных блинчиков с мёдом тут же проникает в носовые пазухи, и во рту начинает активно образовываться слюна. Я облизываю губы и мягко вытаскиваю свою руку из руки Виктора. Вроде бы мы уже не дети, чтобы ходить за ручку, и я совсем не помню, когда наши пальцы успели переплестись.

– Как здорово, что вы с Витюшей снова вместе, Танечка! Так приятно видеть вас! Мы с твоей бабушкой так часто мечтали о вашей свадьбе! – произносит баб Нюра, а я начинаю краснеть и отводить взгляд в сторону.

– Ну, баб, прекрати! То было в детстве, а теперь уже многое изменилось! – словно поймав моё смущение, перебивает бабушку Виктор. – Танюш, мой руки и давай за стол! Блины стынут ведь.

Я киваю, подхожу к умывальнику и мою руки. Когда-то я едва доставала до него. Я часто прибегала к бабе Нюре, чтобы увидеться с Витькой и очень злилась, если узнавала, что он играл с другими девочками. И вот теперь мы встретились снова.