Дежурный по апрелю

Это была большая редкость для общежития, которое вечно стояло на ушах. Шлепая сланцами по голому бетонному полу, пошагала к лестнице. Душевые находятся в подвальной части здания. Открывает и запирает на ключ их комендантша Тамара Львовна.

Тая спустилась на первый этаж и заглянула к вахтерше:

– Доброе утро, Тамарочка Львовна. Можно мне ключ от душевой?

Тучная пожилая женщина с волосами цвета баклажана поднялась с кресла.

– Доброе, ранняя пташка. Не открывала еще. Таня, верно? – комендантша взяла из коробки ключ и протянула Тайке.

– Тая, – улыбнувшись, поправила та. – Я быстренько. Не переживайте.

– Ну, давай, давай, – Тамара Львовна села на свой комендантский «трон» и щелкнула пультом.

Тая спустилась на этаж ниже и повернула ключ в замочной скважине.

«М-да, тот, кто думает, что в мужских туалетах и душевых грязно, точно никогда не бывал в женских», – подумала она, заходя внутрь.

До тех пор, пока не заселилась в общежитие, Тая считала, что девушки – это эталон чистоты и опрятности.

– Боже, как ярко женскую сучность, – Тая заглянула в раковину и поморщилась, – точнее, сущность показывают места общего пользования вроде душевых! Фу!

Неубранные волосы в сливах, забытое нижнее белье и средства личной гигиены. Б-р-р. А девочки-то вовсе не все принцессы, как может показаться со стороны. В такие моменты начинаешь особо ценить свою домашнюю ванну, которую бабушка драит каждый день. Бедные уборщицы, как же им непросто работать в общежитиях.

Как Тая и предполагала, никто из представительниц прекрасного пола не захотел вставать в такую рань в единственный выходной. С закрытыми глазами она долго стояла под душем, наслаждаясь каждой клеточкой тела.

Выйдя из душевой, закрутила волосы в полотенце, уложила его улиткой, набросила легкий халат, подхватила сумку с мыльно-рыльными принадлежностями и зашлепала мокрыми тапочками по лестнице.

Тамары Львовны на своем посту не было. Она с кем-то беседовала у входной двери.

– Ну, теть Тома, милая, меня ждут. Неужели вы не дадите юному уму позаниматься математикой, – разливался сладкими речами он.

– Нет и еще раз нет, Антон. Тоже мне математик нашелся. Это в шесть утра-то? Сказки рассказывать другим будешь, – комендантша была непреклонной.

– Ну, Томочка Львовна, вы же меня знаете, – продолжал умасливать женщину Антон.

– Не положено.