Дежурный по апрелю

Соня живо обернулась. В библиотеку вошел Антон. Он перебросился парой фраз с одной из библиотекарш, после чего заулыбался во все свои тридцать два. Издалека невозможно было ни расслышать голоса, ни рассмотреть эмоций на лицах. Зато Тая заметила, что Антон задержал взгляд на Соне. И быстро и уверенно направился в их сторону.

– Тайка! – воскликнула Соня взвинчено.

Тая пнула ее по ноге под столом, чтобы та не привлекала всеобщее внимание. Антон подошел к столу девушек и присел на его краешек.

– Привет, – он явно пребывал в хорошем расположении духа и не переставал источать улыбку.

– П-привет!

Соня кокетливо кивнула головой, а Тая состроила недовольную мину.

– И тебе привет, псих.

Антон потянулся к Тайкиной тетради, но она быстро легонько шлепнула его по руке.

– Так, значит, вы подружки? И из какой комнаты? – он хитро глянул на Соню и кивнул, мол, да-да, к тебе обращаюсь.

Невооруженным глазом было видно, что Соня не на шутку разволновалась. Грудь ее от волнения вздымалась и опускалась.

На долю секунды Тае даже показалось, что Соня вот-вот задохнется.

Само присутствие Смирнова Таю жутко бесило и слегка… будоражило? Ко всему прочему внешне Антон самую малость смахивал на ее первую школьную любовь – одноклассника Андрея. Ох, и выплакала же Тая реку слез, когда он бросил ее. Она ведь искренне думала, что полюбила. Отказывалась есть, запиралась в своей комнате и рыдала. В один прекрасный день бабушка решила покончить с ее подростковыми страданиями.

Любовь Петровна устроила Тае такой нагоняй, что та несколько дней не могла усидеть на стуле более пяти минут.

После сеанса «мозгоправства» Тая поняла одно: первая любовь – это иллюзия. Только-только начинают играть гормоны. И подростки сами начинают выдумывать кумиров и идеалов. Да и Андрей, как оказалось, ей не особо нравился. Странно, что она вообще согласилась с ним встречаться.

Но почему близкое присутствие Антона пробуждало в ней какое-то забытое чувство, несмотря на неприязнь? Он обращается к Соне, а на его пушистые ресницы и чистое, без единой родинки, лицо смотрит она? Снова гормоны?

– Мы в двести первой живем, – осмелевшим голосом произнесла подруга, накручивая на палец прядь волос, и внезапно включила ту самую болтушку Соню: – Я вообще-то давно хотела тебе написать.

Но что-то не получалось. Да и вообще… Как бы так сказать… О! А у Таи в четверг день рождения, приходи в гости.

– Непременно, – расплылся в улыбке Антон.