Слеза святой Женевьевы

 – Не нужно бояться меня, дорогая, – сказала она, взяв Ксению за подбородок. – Я не враг. Более того, я хочу стать тебе другом.

Ксения отодвинулась и насупилась.

– У меня уже есть друзья.

– Те особы с ужасными манерами? Ты уверена, что они друзья?

– Много на себя берете! – воскликнула Ксения и поднялась. – Скажу отцу, что вы мне не подходите.

– Сядь на место, – мягким голосом приказала Елизавета Карловна и с улыбкой посмотрела на дочь, которая с полуоткрытым ртом наблюдала за этой пикировкой.

Такой важной и одновременно женственной Полина еще не видела свою мать и была приятно поражена. Ксения не посмела ослушаться, осторожно присела и вдруг улыбнулась, словно приняла правила игры, выдвинутые ее новым учителем.

– Думаю, пришло время оставить нас наедине, – Елизавета Карловна поцеловала Полину в щеку. – Позвони, когда будешь свободна, и мы обязательно встретимся.

– Конечно, мама. Желаю вам обеим хорошего дня.

Выйдя из кафе, Полина глубоко вздохнула и направилась к своей машине, на ходу набрав номер Зины Михайловой.

– Отвезешь меня в аэропорт?

– Конечно, – согласилась Зина. – Ты уже собрала вещи или тебе помочь?

– Все готово. Я сейчас еду к себе, заберем чемоданы и – adios!

– Через час буду.

В ожидании Зины Полина налила бокал вина и присела на диван в гостиной, задумавшись о предстоящем. Ей не хотелось покидать Москву, но изменить планы она не могла. Впереди Полину ожидали долгие шестьдесят дней, в течение которых она должна придумать, как получить колье.

Придется напрячь фантазию и многое другое, чтобы угодить Воскресову, иначе он будет зол. Новый заказ очень волновал, кроме того, Полина ощущала тягость в душе из-за ночи, проведенной с Литвиным. Она думала о нем, это сбивало с отлаженного ритма работы, так как мысли то и дело возвращались к его непонятному исчезновению и последующему молчанию. Уже два дня Литвин не давал о себе знать, что заставляло нервничать, а также корить себя. Полина начала сомневаться в правильности произошедшего в Питере, отчаянно ругала себя за то, что поддалась эмоциям и подпустила Литвина к себе ближе, чем нужно.

В дверь позвонили. Она поставила пустой бокал на стол и со вздохом поднялась.

– Это я! – послышался голос Зины. – Открывай скорее, а то мой пузырь лопнет!

Не глядя на Полину, она проскользнула внутрь, едва открылась дверь, и побежала в туалет.