Стрела, попавшая в тебя

Полина с удивлением перевела взгляд на Марка, который действительно очень поседел в последнее время, и устыдилась, что не заметила этого.

– Моника влюблена, – продолжила Ребекка, – я, разумеется, не виню ее, более того, счастлива. Но черт подери, дочь! Как же меня раздражает твой смех. Не обижайся, просто я зла и хочу укусить каждого, чтобы и ему было так же больно, как мне сейчас. А ты, Микки, – обратилась она к своему будущему зятю, – сидишь на месте моего мальчика, на его стуле. Жутко бесишь. Твое, Полина, нытье нервирует.

– Чем я вызываю недовольство? – спросила Тоня, оперлась о спинку стула и с вызовом посмотрела на Ребекку, которая, как она считала, перегибает палку своими откровениями.

– К тебе претензий нет, – оскалилась тощая Бек. – Умна, рассудительна, в меру чувственна, всегда готова поддержать. Хотела бы я иметь твою выдержку!

– Жаль, что мне не хватает смелости быть такой же честной, как ты, – мягко улыбнулась Тоня, поставив точку в этом опасном разговоре.

– Знаете, я, пожалуй, вернусь в отель, – сказала Полина, поднявшись. – Нехорошо себя чувствую. К тому же не желаю раздражать вас своим кислым видом.

– Полина, – попытался остановить ее Майкл, но она покачала головой.

– Встретимся через несколько дней. К тому времени я уже приду в себя. Тоня, проводи меня, пожалуйста.

В столовой воцарилось молчание, отчего Полина испытала крайнюю неловкость за сцену, которую спровоцировала, и за последующий стремительный побег.

– Они будут чувствовать себя виноватыми, особенно Ребекка, – сказала Тоня, легко толкнув Полину в спину. – Комедиантка! Все верно рассчитала, воспользовалась тем, что все напряжены до предела, добавила масла в огонь и вовремя сбежала. Куда же ты так спешишь? – Девушка подхватила шаль, лежащую на банкетке, и, плотно укутавшись, вышла на улицу. – Поля! Смотри! – радостно рассмеялась она, подставив ладонь мелким колючим снежинкам.

– Черт! – выругалась Полина, едва не поскользнувшись на ступенях. – Не мог подождать, пока я улечу! – Она крепко схватилась за перила и осторожно спустилась вниз. – Майклу не говори, не хочу, чтобы в Буэнос-Айресе меня сразу с самолета под конвоем вернули в Лондон. Если он узнает, для чего я лечу туда, он меня… боюсь даже представить его реакцию.

Тоня молчала, но Полина видела, как побледнело ее лицо.