История Евы

Они помогали находить ответы. А ещё отвлекали от выкидышей. На цифре пять я решила, что дети – не моё призвание. А мультики, которые не могла смотреть, теперь составляли мой постоянный рацион «видеоменю».

И вот иду с лейкой, слушаю Кирилла Богомилова.[1] Звуки гуслей трогают душу, и я даже иногда подпеваю в такт мелодии свои мысли, которые сначала скачут внутри меня как зайцы, а потом тихонько укладываются по норкам спать. Я прошла мимо старинного шкафа с зеркалом, залюбовалась собой и заметила, что дверца приоткрыта.

Под моими платьями сидит… молодой человек! И ноги с красивыми начищенными ботинками снаружи торчат. Я замерла на месте, а потом резко обернулась. И никого нет. Обычный пустой шкаф. «Фух, – думаю. – Совсем сошла ты, Ева, с ума. Уже люди мерещатся. Хорошо, что я не пьющая и не употребляющая, а то так можно и кукушку потерять».

Я дотронулась до серебристой звёздочки в носу и снова начала подпевать гуслям. Подошла к цветку, стала поливать, но одним глазом непроизвольно смотрела на коричневый шкаф.

«Никого. Слава богам, показалось. А что, если действительно здесь кто-то есть, а я его не вижу, потому что Фома неверующий?» И как только так подумала, хоп! – снова появился парень на пороге шкафа, да не один. Теперь рядом с ним второй такой же. Не копия, а просто их теперь два. Виденья.

Я потёрла глаза: парни около шкафа. Меня бросило в жар, но стою, не двигаюсь и поливаю, кошусь в сторону незнакомцев. Первый (назову его пока так) слушает Второго, который что-то рассказывает, машет руками, как клоун-пантомим.

Движения есть – звука нет. «Ещё бы послушать», – пронеслось у меня в голове. Как только я об этом подумала, хоп! – и услышала.

– Она нас видит, – сказал Первый Второму и толкнул его локтем.

Второй так и застыл: с поднятыми руками и открытым ртом. Потом посмотрел на меня. Я же делаю вид, что не слышу и не вижу.

«Одна, одна, всегда одна

Дрожит гитарная струна,

Но кажется, что это стон

Уставших женщин всех времён».[2]

Пою под нос, но продолжаю наблюдать, слушать и медленной струйкой поливать свою «щуку».

Чувствую, что вода потекла по ногам.

– О боги! – вскрикнула я и поняла, что прокололась.

Вода из лейки поливает уже меня. Только я никак её ногами не впитаю: это не корни. Я отпрыгнула с мокрого места, как горная козочка, и сказала:

– Ну, здрасти! Или лучше: «Гой еси, добры молодцы»!

Второй испуганно шарахнулся в сторону, когда понял, что к ним обращаюсь, перекрестился и бухнулся в обморок.