Гнилое яблоко

В руках Ярико она светилась ярким и ровным светом, но стоило ей попасть в лапы ящера, то свет начинал пульсировать, больше походя на огонь. – И даже не осознаёшь…

– Эй! – перебил его Ярико, – Великие боги святого озера, когда вы поймёте, что здесь нет нашей вины!

– А тебя никто не спрашивал об этом, ненормальный фанатик! И…

– То есть, мы теперь и фанатик? – снова перебил командира, не обращая внимания, как тот начинает рычать громче. – Может, ещё расскажете, что состоим в «Ключе к рассвету» ?! Что вы ещё на нас повесите?!

– Закрой свой поганый рот! – Зло воскликнул командир, взъерошив выступающие из доспехов на спине гребни.

 – Ты нарушил как минимум десять статей кодекса Межмирья! И ты как никто другой заслуживаешь наказания! Как минимум за причинение залу суда…

И он ещё долго перечислял поступки, большую часть которых Ярико, конечно, совершил, но не в таких огромных масштабах, как говорил об этом ящер. Сам же Овин глядел на него таким взглядом, мол, когда закончишь говорить ересь – свистнешь.

Затем перевёл взгляд на Леона и весело ему подмигнул, улыбаясь. Тот спокойствия друга не разделял и теперь уже не очень-то верил, что у него действительно всё под контролем.

Наконец ящер закончил свою поучительную речь, вынимая из кармана на поясе не прозрачный контейнер. В него засунул светящуюся сферу, кивнул подчинённым сворачивать слишком затянувшуюся сцену поимки. Как вдруг Ярико затих. Это было как минимум странно, потому что до этого он так яро пытался протестовать попыткам забрать его.

Он даже не шевелился, только глубоко и медленно дышал.

Леон пропустил и этот момент. Всё произошло так быстро, почти с нечеловеческой скоростью: крик друга в темноту, а затем сфера, как заговорённая, потянула не закрытый контейнер вперёд. Ящер, не ожидавший такого поворота, выпустил её из пальцев и позволил артефакту прокатиться по полу. Ошалевшие ящеры тоже не поняли, что произошло и это сыграло ему на руку. Ярико, не теряя драгоценные секунды, вырвал связанные за спиной руки из лап, толкнул плечом одного стражника, а другого больно боднул в незакрытое бедро лбом, от чего тот красиво и фигурно упал на пол.

Освобождённый парень резко вскочил, как будто всю жизнь ждал этого момента и так же, со всего разбегу, боднул командира прямо в кожаный слой брони на животе. О, как красиво он полетел! Далеко, а главное, очень громко падая своей огромной и тяжёлой тушей прямо на гнилые доски.