Лорд четвертой стороны

Множество костяных шипов на мощном хвосте имеют размер почти с человека. И не дай бог попасть под удар этого хвоста! Сколько деревень разрушено этим животным, сколько домашнего скота им сожрано! А сколько людей подавленно! И вот о сражении с таким зверем и исполнялись былины.

Тяжелая битва с гигантом действительно стоила жизни восьмерым славным воинам, которые смело кинулись в бой, но удача оказалась не на их стороне. Некоторые были раздавлены торолланом, некоторые пали под ударом могучего хвоста, унизанного огромными костяными шипами, разрывающими человеческое тело в клочья.

И пусть теперь певцы воспевают в своих сказаниях смелость и отвагу великих воинов, не побоявшихся выйти против самого свирепого зверя и одержать победу, а люди празднуют и веселятся на ярмарочных гуляниях.

Надо сказать, что в последнее время такие праздники устраивались нечасто, но каждый раз народ с удовольствием съезжался на ярмарку.

Последняя большая ярмарка была почти два года назад в честь свадьбы Горра с прекрасной Ниррой. Уж сколько было выпито тогда вина и роздано различных подарков простолюдинам…

Но ведь и повод тогда был серьезный. Свадьба. А свадьба лорда всегда сопровождалась большими гуляньями.

Хотя по слухам, в южном городе Сиорде ярмарки – чуть ли не повседневное развлечение.

Когда-то, очень давно, Сиорд был первой столицей страны Лоттов. Это большой, красивый город на берегу теплого моря. Из-за своего расположения он не знал ни набегов диких зверей, ни осады диких племен. Погрязая в роскоши, почти не заботясь о развитии сельского хозяйства, поскольку кормились в основном дарами моря, не поддерживая армию, жители страны Лоттов тогда едва не погубили свой город, а может быть и всю страну.

Племена диких троллов, огромных лохматых и вонючих полузверей, захватили почти всю южную часть страны, разграбили все деревни, увели людей в свои дикие, таинственные леса. Смутные времена правления третьего Лорда черным пятном лежат в памяти Старейшин и людей. Про эти времена и вспоминать-то не принято. Даже имя этого лорда никогда не произносится вслух. Да и не помнит его уже почти никто, кроме Старейшин, которым положено все помнить.