Нет времени на вечность

– Точно, – Бен не стал с этим медлить.

Луиза больше ничего не сказала. На этом ее познания о Говарде Картере заканчивались. Хотя… Нет, не совсем заканчивались. Лу слышала что-то о том, что многих участников команды этого археолога постигла страшная и загадочная судьба, и некоторые особо суеверные люди считали, что виной тому проклятие вскрытой Картером гробницы. Однако разговоры о проклятиях и смертях не казались Луизе уместными за столом, да еще и в день знакомства, так что она оставила свои прочие воспоминания при себе.

– А ты проведешь нас в гробницу Тутанхамона? – загорелась новой идеей Лори. Имя Тутанхамона было ей знакомо. Она что-то о нем слышала.

– Она… – Бен немного помедлил. Вероятно, не хотел прозвучать невежливо. – Она находится не совсем здесь.

Лу, знавшая больше деталей, оценила тактичность такой формулировки.

– А где? – и не подумала смущаться Лори.

– Недалеко от города Луксор.

– Это далеко?

– 700—800 километров.

– Ого…

Наверное, до Лори только-только начинало доходить, что ее понимание истории и географии Египта далеко от совершенства, но и это ее не печалило.

– А я думала, что гробница Тутанхамона здесь… В этих пирамидах… – она поджала губы. Если пробелы в знаниях и волновали ее, то совсем немного. Казалось, она собиралась играть роль девочки, которой все нужно рассказывать. Некоторые мужчины любят казаться умными, и Бен мог бы состоять в их числе.

– Нет, ее здесь нет, – виновато констатировал факт Бенджамин.

Его интонация насмешила Луизу. Бен прозвучал так, словно когда-то в прошлой жизни он поспособствовал тому, что фараоны не возвели все свои гробницы в одном месте. И правда. Как они только посмели!

– Так значит, – вернулась чуть назад Лори. Так ей показалось логичнее. – Твое решение стать археологом не продиктовано внутренним голосом или, как бы это сказать, ощущением, что это твое призвание?

– Я не припоминаю никаких голосов, говорящих мне о призвании… – улыбнулся Бенджамин.

– Жаль, – театрально и чуть по-детски насупилась Лори. – Знаешь, тебе бы пошла вера в то, что каждый человек для чего-то создан.

– Каждый человек для чего-то создан, – пожал плечами Бенджамин и чуть наклонил голову. – Но это не значит, что вера в это должна выражаться каким-то ярким образом.

На столе появилась заказанная еда, и разговор продолжился уже с учетом того, что все активно взялись за ножи и вилки.