Моя драгоценная гнома

Но стоило мне дернуться, как веревка начинала меня душить, словно живая.

– Вы же говорили, что не станете меня убивать, – прохрипела я.

– А мы и не убили, – возразила вторая тень. – Тебе надо просто подождать… пока кто-нибудь не развяжет.

Первая тень усмехнулась в растрепанные волосы, и эта усмешечка не сулила ничего хорошего.

– А что будет с тем, кто развяжет? – спросила я.

Наверняка, мерзкие ведьмы и тут придумали какую-нибудь каверзу.

– С ним ничего не будет, – сказала вторая тень насмешливо, – а вот ты станешь его рабом.

Послушным, верным рабом, пёсиком, который идет за хозяином. Куда он, туда и ты, что он прикажет – то и будешь делать. И уже не сможешь побеспокоить нас, настырный гном!

– Ах вы, поганки болотные! – заревела я в голос. – Сколопендры! Тараканихи ехидные!

Первая тень перестала смеяться.

– Мне не нравится, как он ругается, – сказала она. – Сделай что-нибудь, чтобы он не называл нас так ужасно.

– Онемей на пару дней! – тут же объявила вторая тень и щелкнула пальцами.

Язык мой словно приморозило к нёбу, и сколько я ни пыталась – не могла больше произнести ни слова, только мычала.

– Да, вот так гораздо лучше, – закивала первая тень. – Желаю удачи, гномик! Надеюсь, тебе повезет, и тебя развяжет какая-нибудь милая девушка, а не старая карга, собирающая хворост!

Они захихикали, облетая меня в последний раз.

– Если кто-нибудь, вообще, сюда заглянет, – прошептала на прощание вторая тень.

Их призрачные одежды скользнули по моему лицу холодным туманом, а потом две тени унеслись в небо, кружась и оглашая округу веселыми визгами и смехом.

Туманные силуэты мелькнули на фоне луны и исчезли, а я осталась одна.

Впору было выть от отчаяния, что я и сделала, но потом осеклась и замолчала. Кто еще притащится из темноты, услышав мои стоны? Я попыталась развязать веревку, но колдовская штуковина пресекала мои попытки на корню – чуть что начинала немилосердно душить. Вскоре я сдалась и тупо уставилась в звездное небо.

Вот тебе и богатые клиенты, дурочка Эрмель. Лучше было послушать папашу и удрать в Стольмвиллет. Как теперь спасти отца? Как спастись самой, рога и копыта?! Я всплакнула от жалости к себе, но быстро бросила это глупое дело – пользы никакой, так зачем тратить силы?

Луна поднялась над горами, теперь она выглядывала из туч осторожно и быстро, как зверь, собирающийся напасть. Она доползла уже до кромки дальнего леса, когда я услышала вдали лай собак.