Сархан

В доме и без того особо никогда не было шумно, но сейчас стены просто давили своим безмолвием. Обычно слуги всегда передвигались очень тихо. Словно роботы, склонившие свои головы. Молчаливо, не глядя хозяевам в глаза, выполняли свою работу. Всяческие разговоры были под запретом, и без особого указания хозяев рты никто из них не раскрывал. Персонал подбирался очень тщательно. Только из наших. Знающих наши обычаи и традиции. Только такие, которые готовы верой и правдой служить своему влиятельному господину.

Жизнь готовые отдать, если понадобится… Верные псы, не способные предать, ведь все прекрасно знали, что за это грозит самое тяжкое наказание – смерть.

Днем можно было встретить кого угодно, ночью же эти шансы сводились к нулю. Именно по этой причине под покровом ночи выбраться было намного проще.

Но расслабляться нельзя было ни на секунду. Требовалась особая предосторожность и собранность.

На мысочках медленно пробиралась в сторону кухни, где имелся запасной выход на улицу.

Именно оттуда, через служебное помещение, можно было попасть к задним воротам, а там уже действовать по обстоятельствам. Либо быстро прошмыгнуть мимо охраны, либо рискнуть притвориться одним из сотрудников, работающих в доме, и попытаться по стандартной, отработанной для персонала схеме беспрепятственно покинуть частные владения.

Моя одежда была выбрана не случайно. Такую в обычной жизни я никогда не носила, отдавая предпочтение современному стилю. И сейчас в этом национальном платье могла с легкостью сойти за одну из служанок, работающих в доме.

Лишь бы никто не догадался. Не заподозрил неладное.

Добравшись до помещений, где обитала только прислуга, остановилась перевязать платок таким образом, чтобы он скрывал лицо. Повернулась к висящему на стене зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид, и обомлела.

Колени подкосились, и чтобы не упасть, схватилась за массивную гладкую поверхность рядом стоящего комода.

Чуть не зашлась истошным криком, вовремя прикрыв рот свободной рукой.

Он стоял за моей спиной и смотрел через отражение прямо мне в глаза.

Бекзат. Как заметил? Как сумел приблизиться так бесшумно? Такой страшный. До омерзения. До тошноты в горле.

– Асе-е-елия, – протяжно произнес мое имя, вызывая крупные мурашки по всему телу.

Нет. Только не это. Только не он. Пожалуйста…

Мужчина прикоснулся к моему платку и рывком содрал его с моей головы, заставляя всхлипнуть.