Дракон королевы

– Наверное, в краях, откуда он пришел, другие нравы и традиции, чем у нас, – сделал разумный вывод кто-то пожилой. Знал бы он о традициях и нравах, а главное о природных ресурсах моей страны, он бы помолчал. Сверхъестественные существа это не люди. Вот и менестрелю, пришедшему неизвестно откуда, стало плохо в храме. Только фей жжет при виде или близости святынь. Чтобы не отставать от моды он подошел к причастию, принял освященную облатку и чуть не сгорел живьем. Я вывел его из храма и помог облокотиться о каменную ограду.

Значит, он волшебное существо!

Случается же встретить своего соплеменника там, где не ожидаешь. Он был так мил и беззащитен, что хотелось заботиться о нем. Но я решил для начала прочесть ему строгую нотацию.

– Ты дурак! Знаешь, что бывает с такими, как ты, при входе в собор? Кто не видел, как феи, зашедшие в соборы Рошена, превращаются в пылающие факелы, едва успев ступить пару шагов по нефу? Если ты и не видел, то точно об этом слышал. Хоть Рошен и религиозный центр вселенной, но здесь соборы ни чуть не лучше.

Всем чудесным существам грозит сгореть живьем, если они в них зашли.

– Но ты был там и не горел. На тебе ни царапинки нет.

А он наблюдателен! Сразу догадался, что я не человек!

– Я это я! Но ты другое дело.

Я достал эликсир из клюва подлетевшей от моря волшебной птицы и исцелил его. Это было просто. Флакончик размером с каплю сам растворялся, как вода, стоило провести им по ожогам. Местами кожа сгорела, особенно на горле. Здесь внутрь прошла облатка.

Как он вообще выжил, проглотив ее? Немногим такое удавалось.

– Расстегни воротник! – велел ему я. Его губы тоже обожгло. Ожог распространялся по лицу, сдирая кожу. Увидели бы его сейчас знатные дамы Атанора, уже не сочли бы его красавчиком, достойным их внимания, а с ужасом бы отвернулись.

– Вот чем уязвимы волшебные существа: в отличие от людей, мы остаемся красивыми вечно, но достаточно крошечной святыни, чтобы разрушить идеальное тело изнутри. А людям причастие хоть бы что.

– Но людей достаточно поранить, истощить, заразить, и они превращаются в живые мощи.

А что с ними делает время, которое их старит! Мы-то не стареем.

– Значит, ты все-таки тоже волшебное существо, – повторил я вслух вывод, который в уме уже сделал.

– Почти, – он закатал рукав, показывая мне кожу, внутри которой сияли – о чудо! – настоящие драконьи чешуйки, будто вставленные в плоть искусным волшебным мастером. Такого я еще не видел. – Я лишь наполовину такой, как вы.