Дракон королевы

Прическу Серафина тоже изменила. Раньше она любила укладывать волосы в причудливое сооружение из множества жгутов и кос, перетянутых жемчужными нитями. Теперь все косы были расплетены. На лбу сверкали не тиары и фероньерки, а роскошная зубчатая корона, предназначенная для торжественных церемоний. Каштановые локоны королевы струились ниже талии почти до колена. Они напоминали завитую пряжу или ковер осеней листвы. Хотелось запустить в них пальцы, ощутить их мягкость, запутаться в курчавых прядях, как в паутине. Мое сердце в них уже запуталось.

Именно поэтому я гостил здесь. Серафина воспринимала мое присутствие в замке, как должное, потому что знала, что я ею пленен. Любопытно, она пыталась меня приворожить или все вышло само собой?

Я с трудом удерживался от того, чтобы ее обнять. Какая тонкая у нее талия! Кажется, принято говорить осиная. А ее губы напоминают лепестки алых роз, и мрачная черная повязка на пустых глазницах совсем меня не отпугивает. Разве можно чем-то напугать дракона? Я уже протянул к ней руку.

– Его зовут так же, как звали моего супруга, – вдруг выпалила Серафина.

– Кого? – я с трудом очнулся от любовных грез.

– Молодого короля, который идет на нас войной.

– Не на нас, а на тебя, – шутливо поправил я. – Может, сама от него и примешься защищаться своими женскими чарами. Представляешь, как быстро он попадется в сеть и пожалеет о том, что вообще на тебя пошел, а я приживусь при вас, пока ты будешь его тиранить, и сыграю роль королевского прихлебателя.

– Не издевайся, Эдвин! Это все не шутки.

Имя одно и то же. Это плохой знак! Близится трагедия. Как будто мой покойный муж восстал из гроба и пришел мстить с новыми армиями и тебе, и мне.

– Что сразу нам обоим? Неужели лишь за то, что мы заняли его замок и спальню.

– Тебе за то, что ты его коварно убил, а мне за то, что я с тобой спуталась.

– Нельзя осуждать женщину лишь за то, что она выбрала победителя. Ты ведь была вынуждена, иначе бы я и тебя убил. Так и скажи своему покойному мужу, если это действительно он идет на нас со свежими силами.

Хотя на моей памяти мертвые не встают из-под земли, а вот разной нечисти, которая способна ими притвориться, в подземном царстве полным-полно, – я вспомнил про Анри. – Кстати, разве молодой и воинственный король объявлял себя твоим воскресшим супругом? Помню, Аларик, женатый на тебе, был не слишком-то молод. Лет сорок?

– Всего тридцать семь. Столько ему было, когда ты, дракон, его растерзал прямо в его военном шатре.