Дракон королевы

Главное, что за королевой Серафиной стоял я – дракон! И все ее противники должны об этом узнать еще раньше, чем я узнаю, кто они такие.

Я вышел из кареты. Как ни странно проповедовавший парень сразу заметил меня, и от чего-то забеспокоился. Если он наслушался легенд о святом Августине, то должен был слышать и о красивом демоне, который того искушал. Но нервный тик на лице парня явно подсказывал о том, что он признал во мне дракона. К тому же подходя к возвышению, на которое он забрался, я демонстративно выпустил когти.

Толпа расступалась передо мной не из уважения к дворянину, а от ощущения жара. Немногим приятно оказаться рядом с раскаленной печью. А рядом со мной именно так каждый себя и чувствовал, ведь я сейчас был в гневе. Святоша как следует и обеспокоиться не успел, а я уже снес ему голову одним ударом золотой клешни. И все, моя рука тут же стала прежней, а кровь подстрекателя струилась по ней, как густой красный сок. Никто из толпы не посмел вмешаться. Передо мной даже расступились, чтобы я скорее ушел. А стаи джиннов, танцующих в небесах, огласили площадь раскатами зловещего хохота. Едва всем кругом стало жутко, как им сделалось весело.

Труп проповедника остался истекать кровью на площади, а его голову я принес Серафине. Она ощупала ее без особого любопытства. Кстати, трогать предметы ей совсем было не надо, потому что слепой она не была. Джинны нашептывали ей на уши, что происходит кругом, но видела она и без их помощи. Например, зеркальце с сиреной внутри, уже было привешено к ее поясу.

Каким-то образом она сумела вытащить его у меня еще до того, как я ей его подарил. Никогда еще не встречал королев более ловких, чем карманные воровки. Или это джинны крадут для нее? Они, как темные столбы дыма вечно вьются рядом с ней.

Оказавшись в ее власти, даже забавная сирена в зеркальце вдруг затянула какие-то траурные песенки. Видимо, ее величеству они нравились.

– Всего лишь еще один заговорщик! – королева небрежно пнула мыском башмачка голову, скатившуюся к подножию трона.

– Я бы не сказал, что он из списка наших обычных повседневных заговорщиков, – при дворе Атанора заговоры с целью свергнуть королеву давно стали повседневной рутиной. – Посмотри, у него тонзура!

Я сказал «посмотри»? Как это бестактно! Но Серафина вдруг повернулась лицом к лежащей на полу голове. На ее пустых глазницах была черная кружевная повязка, но ощущение того, что она все видит острее окружающих, от этого только усиливалось.