Высшее наслаждение

 – Бекка, кстати, с ума сходит от цвета его кожи.

– В каком смысле? – удивилась Полина, удобно устроилась на заднем сиденье и, положив сумку себе на колени, достала косметичку.

– Она ведь настоящая англичанка, и ее предки были рыжими, все как один. А он – лысая черноокая шоколадка! Плюс имя у него дурацкое – Микки.

– Не имя красит человека, – заметила Полина, припудриваясь, но тут же рассмеялась. – Бекка должна радоваться. Чернокожий зять сделает ее демократичной в глазах избирателей.

– Кстати, я поставил двести фунтов, что игры в политику ей скоро наскучат, – Алекс выехал на проезжую часть. – И Майкл тоже.

– А Марк?

– Поддерживает жену. Но мне кажется, делает это только потому, что боится гнева нашего «английского» дракона. Если посмеет возразить, его выселят из спальни в кабинет, а там неудобный диван.

– Ставлю триста на Ребекку, – сказала Полина и потянулась за кошельком. – Кому сдавать деньги?

– Монике, она в этот раз казначей.

Тоня улыбнулась в ответ на страсть семейства Фрейманов устраивать пари по любому поводу. Они и ее пытались вовлечь, но не получилось. Тоня не была азартным человеком, хотя ей очень нравилось наблюдать за эмоциями этих отчаянных «игроков», в особенности когда кто-либо из них срывал банк.

Фрейманы и Хейзы встретили гостей радушно. Объятия, поцелуи, бесконечные вопросы о самочувствии, полете, о том, сколько времени дамы намерены провести в Лондоне – все это не казалось излишним и навязчивым.

Тоня искренне радовалась подобному вниманию, вспоминая в такие минуты о своей семье, в которой мать уделяла свободное время исключительно распитию спиртных напитков в компании отчима, а сестры думали лишь о том, как устроить личную жизнь. О ней, самой младшей и беззащитной, никто не заботился.

– Тони, ты, как всегда, очаровательна, – мило растягивая слова, обратилась к девушке Ребекка. – Ты тоже неплохо выглядишь для алкоголика, – повернулась она к Полине, прищурившись, как старая недовольная сова.

 – Давно пришла в себя? Судя по мешкам под глазами, дня два назад, не больше.

– И где твоя корректность, будущий политик? – Полина обняла Ребекку за острые плечи. – Имидж смени, уже триста лет ходишь в одном образе.

– Меня все устраивает, – женщина тряхнула волосами. – В политике главное не лицо, а ум. К тому же простая прическа и морщины придают мне солидность.