Соперница демона

Тщеславной матери Саманты вдруг вздумалось отправить дочку ко двору на поиски богатого жениха. Отец, который целыми днями просиживал в библиотеке родового поместья, вмешиваться в планы жены не стал. И вот Саманта тряслась в экипаже, подскакивавшем на каждой ухабине. Про себя она проклинала и дорогу, и всех богатых женихов, и эгоизм матери. Хорошо бы остаться дома и собирать цветы в саду поместья. Нет же, матери захотелось устроить судьбу дочери как можно выгоднее. Какая несправедливость!

– Если бы ты родилась в чуть менее амбициозной семье, всё бы было хорошо, – обратилась Саманта к своему отражению в окне кареты.

 – И какой-то наглый лепрехун умудрился проклясть меня тринадцать раз за то, что я и так несчастна! Знал бы он, что я всего лишь марионетка в планах тщеславной родительницы! Как жаль, что родителей не выбирают!

– А вот покровителя можно выбрать, – шепнул мелодичный голос снаружи.

В карете никого не было, не считая грумов на запятках. Но грумы – юноши, а голос был определенно женским.

Саманта приоткрыла окошко. Теперь снаружи шептались сразу несколько голосов.

– Клянусь вам, я бы полетела в Ивилор, но это бесполезно. Нас не пустят даже на край парапета королевского балкона.

– Как можно не пропустить фей! Король до сих пор был вежлив с волшебным народом. Он нас уважал! С чего вдруг его настроение переменилось?

– Всё дело в спутнике короля! Король теперь неприкосновенен!

Неужели это шепчутся феи? Саманта разглядела в высоте полупрозрачные парящие силуэты. Если это феи, то они всегда правы.

Только почему они говорят это рядом с ней с явным намерением, чтобы она их услышала? Неужели ее судьба как-то связана с судьбой самого короля? А король, по словам фей, недосягаем. Ну ладно, она на короля и не целится.

Саманта опустила бархатную шторку кареты, но голоса фей всё еще достигали ее слуха.

– Бедный Серпин!

– Да, бедный король!

Как можно называть короля богатой страны бедным? У Саманты возникло побуждение открыть окно и вступить в дебаты с феями, но она сдержалась.

Ее и так сегодня прокляли тринадцать раз. Не строит нарываться еще и на четырнадцатое проклятие.

– Представьте! – звучали снаружи мелодичные, как колокольчики, голоса фей. – У короля никогда не будет ни возлюбленной, ни подружки, ни невесты, ни тем более супруги.

– Уж не уйдет ли он в монастырь Красных созвездий?

– Ни в коем случае! Сильный демон его туда не отпустит. Он ест, пьет и спит рядом с королем, но никто об этом не знает.