Каторгин Кут

Болота кое-где выползали к пригоркам, взбодрённые талой водой, Степан старался обходить опасные места стороной. Он не знал пути к старой заимке, только слыхал о ней от того самого охотника, который к Марье Тимофеевне лечиться бывал, и теперь шёл по приметам. Он страшился, что его спутники поймут, что никакой он не сродник старой знахарки, и мест этих не знает вовсе! Ни одной тропы он не может найти в этих чёрных болотах, да и искать таковые он не собирается. Но всё же до поры ему надобно остеречься. Уже давно опустилась на землю ночь, но, на счастье путников, небо было чисто, и яркая, полная луна освещала им путь.

А спутники его словно ошалели и на Степана почти не глядели, даже бдительный Захарка теперь радостно ухмылялся и пребывал больше в своих думах, чем наблюдал за проводником. Видать, блазнилось ему теперь, как перейдёт он через болота, обойдёт дозорных, да и уберётся от сих мест подале! Станет важным человеком, двор себе заведёт…

– Постойте… постойте…, – задыхаясь прохрипел Микита, – Давайте чуток… отдохнём.

Невмоготу мне…

Степан остановился, огляделся по сторонам и сбросив ношу с плеча уселся на поваленное дерево. Захар сделал то же самое, и подал Миките баклагу с водой.

– Что, далече ещё идти? – спросил Захар, – У меня тоже спина трещит уже, по кочкам этим… того и гляди заведёт нас этот… в болото.

Степан исподлобья посмотрел на Захара и хотел было ответить ему грубостью, потому что в ночи тоже не мог найти дорогу, он уже давно шёл наугад, но на его счастье тут заговорил сам Микита:

– Не заведёт, я тут бывал.

Мы с Лёнькой тут шли, только вона, по низине, тогда ещё земля подмёрзла, болота были не страшны. А теперь нас Стёпа выше ведёт, по гребню, а заимка, вон она, тама, – Микита указал рукой направление, и Степан незаметно вздохнул с облегчением.

– Так что зря ты, Захар, на товарища нашего наговариваешь, – усмехнулся Микита, – Никому не веришь, старый ты чёрт!

– Жизнь така, – усмехнулся Захар и привалившись к стволу дерева прикрыл глаза.

– Нога болит, – негромко сказал Степану Микита, – Дай испить, чего в доме давал, вроде мне помогает лечение твоё.

Степан добыл из своего мешка маленькую баклажку и подал Миките, а сам покачал головой, не помочь уже ему травами да настойками.

– Помогает, говоришь? А чего делать станешь, когда и эта закончится? – Степан кивнул на баклажку, – Товарищ-то твой все травы да корешки пожёг.

– Да и Бог с ними, чего ты поминаешь! Выберемся за болота, я к лекарю пойду, поправит.