Каторгин Кут

– Земля изрыта вона там, под корявой берёзой, – тихо сказал Захар, вернувшись к костерку, – Ежели что… чуть свет откопаем, да двинем через болото! Ты как хош, а дожидаться покуда сюда ярыжники явятся да загребут я не стану! Вот ты и смекай – со мной идти, либо Микиту караулить… он уже почитай, что и не жилец! Всё одно помрёт!

Захар кинул на землю срубленные еловые лапы, улёгся поверх них и накинул на плечи свой зипун. Лежак эдак и смотрел в огонь, куда Степан подкидывал хворост.

Так и не сомкнул глаз Степан до самого свету, всё ждал пока сморит сон Захарку. Но не тут-то было! Захарка человеком был ушлым, не зря Степан его с первой встречи «окрестил» хитроватым. Вот и задумывал Степан сперва запереть татей в землянке, да поспешить за подмогой, а вот… не вышло.

Бдит и Захарка, на Степана поглядывает, а тот голову склонил, вроде бы дремлет, а сам слушает, где там «сотоварищ его верный»… С такого станется, огреет чем потяжелее по голове, да прямиком в болото!

Степан понимал, что Захар давно бы попытался его самого пришибить, ежели б не надеялся, что Степан выведет их через болото.

Ну, можно даже и не «их», а только его, Захара… Судя по его словам, Микиту он давно уже «продал».

Когда начало светать, просевшая и кривая дверь землянки отворилась и на пороге показался Микита. Лицо его было одутловатым и бледным, он опирался одной рукой на свою палку, а другой держался за дверной косяк.

– Ну, вы чего, на улице что ли всю ночь? Чего вам у печи-то не спалося?

– Боязно, что ты ни говори, – с виноватой усмешкой ответил Захарка, – То шипит кто-то на болоте, то стонет… А ну как и вправду выползет кто да утянет, вот мне бабка говаривала…

– Ладно, «говаривала»! – оборвал его Микита и потёр грудь, его теснило в дыхании, от слабости кидало в пот, – Идти надо, время не ждёт! По утру не мы одни проснулись, искать нас станут, надобно уходить!

Он медленно пошёл к кривой берёзе, а Захар тут же подхватился, кинулся в землянку, взял лопату и побежал за Микитой.

Тот встал у пригорка, оглядывая покрытое дымкой утреннего тумана болото, после поглядел на изрытую совсем недавно землю, на ней были отчётливо видны Захаровы следы, он их оставил, когда ходит здесь ночью.