Полтора килограмма

Ниже, растянувшись в две строки, расположилось название заведения. Ресторан находился в помещении бывшего банка и сохранил красивую архитектуру прошлых лет, дополненную штрихами современных тенденций в дизайне. Всё это щедро подсвечивалось голубым сиянием неоновых ламп.

Мы вошли внутрь и оказались в большом светлом подковообразном зале с двумя рядами столов, покрытых белыми скатертями. В глаза бросались странной формы люстры шоколадно-белого цвета, похожие на массивные колеса с широкими шинами. Я всегда предпочитал трапезничать этажом ниже, куда, не теряя времени, и повел свою спутницу, с интересом рассматривающую интерьер заведения.

Над лестницей гроздьями спускались плафоны. Подвешенные на тонких проводах и излучающие мягкий желтый свет шарики перемежались с металлическими сферами-близнецами, которые напоминали незатейливые молекулы. Невзирая на яркое полуденное солнце за стенами ресторана, нижний ярус заведения всегда хранил интимный приглушенный голубой свет. Поэтому гости словно погружались в морскую пучину. Здесь расположился устричный бар. Фоном звучал легкий ненавязчивый джаз.

Кэрол заказала суп из моллюсков и по моей рекомендации выбрала пылающий торт-безе с мороженым на десерт. Я же попросил принести крабовые котлетки и тунца с ароматным маслом на травах. В ожидании заказа мы вели светскую беседу о литературе, фильмах, людях, с которыми по роду своей деятельности доводилось встречаться Кэрол. Выяснилось, что девушка давно мечтает заняться дайвингом, и я охотно предложил свою яхту в любое удобное для нее время.

Подали основные блюда, и мы, делая паузы в разговоре, приступили к трапезе. Кэрол уже принялась за десерт, когда я краем глаза заметил, как в ресторан входит Грегори Смит, владелец сети судоходных компаний. Грузный, одышливый, с набрякшими мешками под глазами и сросшимися над переносицей бровями. Ему было около шестидесяти. Я невольно сморщился, как от зубной боли. Мне приходилось пересекаться с этим человеком, посещая различные мероприятия в домах общих знакомых.

Грегори имел склочный характер. Вечно всем недовольный, он любил пачкать окружающих своими эмоциональными испражнениями. Под воздействием алкоголя всегда становился задирист и гневлив. Ему доставляло удовольствие своей критикой гасить торжество в глазах собеседника.

– Что случилось? Вам плохо? – встревожилась девушка.

– Только что вошел человек, который способен испортить наш милый обед, – нахмурившись, нехотя ответил я.