Медвежий Яр. Часть 2

Как-то светло стало на душе от такого решения, будто те железные обручи, сковавшие её душу в тот самый вечер, когда пропал Паша, чуть ослабили свою холодную хватку, пропуская внутрь тоненькие лучики света и тепла.

Однако, в среду с самого утра эта дверь, открывшаяся было в небо с облаками, с треском захлопнулась обратно. Шуре позвонил следователь и сообщил, что нашлась Пашина «девятка». Приехав в Управление, Шура узнала, что машину нашли в пригороде, совсем в другой стороне от того места, где обнаружили самого Павла.

Машина была утоплена в озере, и обнаружили её рыбаки совершенно случайно.

– Пока не могу вам сказать, поможет ли это в поиске убийцы вашего мужа, – говорил ей следователь, молодой мужчина, чуть постарше самой Шуры, – Сам на это надеюсь, но пока будут проводится разного рода действия и экспертизы… Будем ждать. Ну, а что у вас? Может быть, появились какие-нибудь подозрения? Никто вас не беспокоит, может быть, заметили что-то подозрительное?

Тут и Шуре нечем было порадовать следователя, ничего неординарного она не заметила, да и не могла заметить, потому что жизнь её сейчас была похожа на бесконечный бег с препятствиями.

И по сторонам оглядываться было некогда…

От Управления Шура решила пройтись пешком, чтобы дать себе хоть немного времени подумать о том, что говорил следователь, потому что, попадая на работу, на неё наваливалось столько всего, что и думать то не получалось.

Как Пашина «девятка» оказалась в озере? Да еще и так далеко от города, совсем в другой стороне от того места, где он должен был смотреть дом? Следователь сказал, что владельца дома тщательно проверяли, потому что он был одним из тех немногих, кто знал о дате и времени визита Павла и о крупной сумме наличности, которую он вёз.

Но этот след не дал результата – у владельца дома было просто железобетонное алиби! В тот вечер, когда пропал Паша, у хозяина дома приболел маленький сын, вызвали скорую помощь и весь вечер провели в хлопотах, ещё и на глазах у всех соседей.

– Шура? Ты как здесь? – раздался рядом с нею знакомый голос, это был Ваня.