Блуждание. Сага «Исповедь». Книга шестая

Дала отвар и, к самому уху его наклонившись, прошептала:

– Амулет-то сжёг?

Он молча помотал головой, нет мол.

– Дай его мне, непутёвый!

Адриан полез в карман и вытащил истрёпанный пучок соломы. Бросив его в огонь, Жюзьен перекреститься хотела, но не смогла.

«Прости меня, Господи, грешную! За всё ответ держать буду…»

В доме наступила тишина, в трубе завывал бродяга-ветер. Погас в камине огонь. Реми прижался к жене, словно в ней всё его спасение, а она лежала и думала, какую страшную вещь совершила и будет ли ей за это прощение?.

Утром по привычке поднялась, а коровки-то и нет. Снова горько плакала, да ничего уже не изменишь. Вернулась в дом, все спят, развела огонь, напекла блинов целую тарелку с горкой на последнем молоке, от бурёнки оставшемся. Осознание вины тяжким грузом давило к земле, даже мысли дурные в голову полезли, но о ребёнке подумала, он-то в чём виноват?.. Нужно жить. И тут до неё дошло, что не слышит она больше отца Эдуарда. Добежала до места, где коровку схоронили и стала каяться, била себя в грудь, рыдала…

Приходит Реми и видит её такой.

– Что ты так убиваешься?! Купим мы тебе корову другую, нельзя же так к животным привязываться!

– Ты не понимаешь, – Жюзьен даже говорить не могла, всхлипывала всё время, – это я… это я её…

– Ну, тише, тише, не наговаривай на себя, – обнял жену, к сердцу прижал, ей и полегчало.

«За что мне утешение такое послано? Не достойна я его, ведьма проклятая! Простит ли, когда всё узнает?..

Только слушала, как бьётся сердце родимое, как любит её, несмотря ни на что, хоть и не говорит. Адриан вон сколько ей в любви клялся, а Реми ни разу «люблю» не сказал, только и без слов понятно, кто из них сильнее.

– Брат проснулся?

– Спит ещё, а может, делает вид, что спит, я бы тоже со стыда сгорел.

Пробуждение и у аптекарской дочки было тяжёлым, когда вспомнила всё, чуть с ума не сошла в самом деле. Долго её отец отпаивал успокоительными травами, весь день страдала.

Жюзьен, чувствуя неладное, побоялась, что девчонка руки на себя наложит. Пришла к аптекарю, как обычно, травы перебрать, сборы делать.

– Не до работы мне сегодня. Знаешь, ведь?!

– Знаю. Одна у нас беда на две семьи. Позвольте мне с Кристель поговорить.

– Видеть никого не хочет, бьётся в истерике с утра. Я уже чего только не давал, всё без толку.