Блуждание. Сага «Исповедь». Книга шестая

Отец уже не тот, что раньше, годы своё берут, а не жалуется, работает со всеми наравне, как бы не слёг… Кому сейчас легко?

Камни привозили на телеге, сами загружали, сами выгружали, сами строили. Не по карману рабочих нанимать. В материалах не нуждались, аптекарские деньги помогали, но не сорить же ими, всё по делу, монетка к монетке, ещё за свадьбу не со всеми рассчитались.

Так и жили день за днём. До зимы крышу сделали, остались внутренние работы. Жюзьен по дому и по хозяйству со своим большим животом ползает, как поспевает и сама не знает.

Кристель отдыхает, красоту наводит, мужа ждёт… Зашёл как-то раз аптекарь дочку проведать и понял всё. Жалко ему сироту стало, на сносях уже, а девица его ленивая, будто и не замечает, как другим тяжело.

– Жюзьен, я к тебе помощницу пришлю, от нашей красавицы, как вижу, проку мало.

– Не потерпит Ронан чужих в доме, – с тяжёлым вздохом сказала и разрыдалась.

Обнял как свою, к сердцу прижал.

– Ты уж прости нас, что дочку не воспитали как надо, одна она у нас, вот и жалели все.

Мать её баловала, всё ей прощала, мне бы встрять по-отцовски, а всё работа, работа, да ты и сама знаешь, я в деревне и за врача, и за писаря. Все ко мне бегают, чем могу, помогаю.

– Вы – золотой души человек, Ренне, столько для меня сделали! Я всегда Вас добрым словом вспоминать буду.

– Чего это вы тут обнимаетесь? Я не поняла! – явилась с прогулки Кристель. – Ты дочку проведать пришёл, или со своей любимицей повидаться?!

– Не стыдно тебе, бессовестная, всё на беременную перекладывать, бедняжка совсем тяжёлая.

– А чем я ей помогу? Меня не учили за скотиной ухаживать и грязь убирать, вы меня к другой жизни готовили!

– Да, кто ж виноват, что ты с первым встречным во все тяжкие ударилась?! Чего хотела – то и получила, привыкай! Тут тебе не на рояле музицировать!

Обиделась, ушла, дверью стукнула, да так, что ребёнок в животе у Жюзьен подпрыгнул, надавил куда-то, она и вскрикнула.

– Посиди, моя хорошая, а может, приляжешь?

– Спасибо, лежать мне тяжело.

Я посижу маленько.

– Во сколько мужчины ваши уходят?

– Да как светлеет так и уходят, а по темну возвращаются.

– Вот я тебе и пришлю подмогу, пока их нет, Ронан и не узнает. Где же это видано, чтобы в таком положении, ты всё одна делала?!

Только спазм не проходил. Испугалась Жюзьен, живот начала гладить.

– Э, нет, девонька, прилечь-то придётся, дай-ка я тебя осмотрю.