Блуждание. Сага «Исповедь». Книга шестая

– Я снял номер в отеле, нам всем нужно отдохнуть, придти в себя, помыться и поесть…

Жюзьен растерянно провела по растрёпанным волосам рукой, на ней было грязное, порванное платье, Бернард выглядел не многим лучше после падения.

– Ну и вид у нас!..

– Я объяснил им, что мы попали в руки бандитов по дороге, мадам Бюсси, к счастью портмоне Вашего мужа было хорошо упрятано.

– Как Вы меня назвали?

– Прости, первое, что пришло в голову. Начитался Дюма…

– Номер один на всех?

– Жюзьен, он единственный был свободен, – Бернард не умел лгать.

Она это сразу поняла. Не может он с ней расстаться, и не понимает, что, чем дольше они будут вместе, тем болезненнее будет прощание.

– Ты не доверяешь мне даже после всего, что мы пережили?

– Я доверяю Вам полностью.

– Вот, и хорошо, – он взял на руки Дариена, заглянул в его зрячие глаза и молча их поцеловал. Чудо произошедшее с мальчиком, он никак не мог объяснить, разве что силой любви его матери и Божьей волей, благословившей их на победу над злом.

 – Пойдёмте, я закажу горячую еду, а ещё лучшую в этом городе портниху, горничную, и всё, что захотите! – он по-отцовски прижал мальчика к сердцу.

Этот простой жест тронул Жюзьен. Но она ни на минуту не забывала о муже, болезненной раной мысли о нём засели в груди.

– Вы сказали, всё, что захочу?

– Да, моя милая! – Бернард утонул в её глазах.

– В этом городе в приюте были два моих брата, которых я не видела одиннадцать лет.

Вы поможете их найти?

Бернард несказанно обрадовался, ведь это означало, что на их поиски может уйти какое-то время…

– Мы найдём твоих родных, обещаю!

Жюзьен улыбнулась в ответ, читая его как раскрытую книгу.

Номер был на несколько комнат, с большой ванной и всеми удобствами цивилизованного мира. Им принесли жаркое из курицы в соусе «кюри» с печёными овощами, а также шоколадный десерт со взбитыми сливками, подобного лакомства гости Бернарда в жизни ещё не пробовали.

Смотря с каким аппетитом из тарелок исчезает еда, он ощущал себя счастливым. Заботиться об этой женщине и её сыне, дать им всё, чего они только ни пожелают, сделать их жизнь сказочно красивой и уберечь от всех бед – вот предел всех его мечтаний. На минуту Бернард представил, что это его семья, и так может быть всегда. Но тут же осознал несбыточность своих грёз.