Блуждание. Сага «Исповедь». Книга шестая

– Правда, что чудом, – Бернард бросил многозначительный взгляд на Жюзьен, который она хорошо поняла и смущённо опустила глаза.

– Дело в том, что мадам Калян разыскивает своих родственников, и я решил ей в этом помочь.

– Не припомню такой фамилии.

– В девичестве у меня была другая фамилия, Кергуат. – Жюзьен подняла на Сюзан свой пронзительный взгляд.

– О! Позвольте, я узнаю эти глаза! – директриса поправила очки на носу. – Только один ребёнок смотрел на меня с такой строптивостью… Жюзьен?! – её брови поползли кверху.

 – Мы уже ни чаяли тебя увидеть! Куда же ты пропала, девочка, и где была все эти годы?

– Я попала в хорошую семью.

– Вижу, ты так прекрасно выглядишь!

«Знала бы она… – вздохнула про себя Жюзьен, – как обычно я выгляжу…»

– Спасибо! – благодарный взгляд на Бернарда. – Я ищу Конега и Бастиана – моих братьев.

– Конечно, я понимаю, – Сюзан вновь поправила очки на носу, – я не видела мальчиков уже много лет.

– Как?.. – она не успела договорить, горло сжал болезненный спазм.

– Их усыновили.

– Обоих?

– Да, вскоре после Вашего побега. Если бы Вы не сбежали тогда, дитя, то росли бы вместе с братьями. Как она убивалась тогда, что не смогла Вас найти! Винила себя в том, что вовремя не утешила Вас.

– Да, кто же? Кто она?!

– Мирабель Прижан.

От этого имени у всех изменилось выражение лица.

– Да, да, та самая. Видимо, таким образом пыталась искупить свою вину перед обществом и светлой памятью отца Эдуарда.

– Вам известно, где она живёт теперь?

– Где живёт не знаю, но однажды я видела её в госпитале, когда заболел один из наших воспитанников.

Она работала там санитаркой. – Сюзан опять кивнула головой, – представляете, делала самую грязную работу! Если бы кто-то мне сказал, я бы сама не поверила: дама из аристократической семьи и ночные горшки… – последние слова она по-стариковски бормотала уже себе под нос, словно позабыв о присутствующих. – Ах какого мужчину совратила! Боже, какой это был священник…

Бернард молчал, молчала и Жюзьен.

Все они вспомнили его, каждый по-своему. Эдуард Боссе умел преображать сердца и делал людей другими.

– Простите старушку, я даже не предложила вам чаю!

– Нет, нет, не стоит беспокоиться, мы уже уходим, – Бернард встал, грациозно взяв со стола свою шляпу и перчатки, подал Жюзьен руку.

– Судьба приюта решена, монсеньор. Нас закрывают. Да-да, детишек переведут в другое место.

– Это ужасно.