Вершина. Сага «Исповедь». Книга четвёртая

– Эделина, призываю тебя, приди!

Пламя затрещало, словно на него попала влага.

– Приди ко мне, возлюбленная моя! Это я, – твой Эрнесто, вспомни обо мне!

Хоть я и ожидал её появления, оно всё равно было внезапно и даже напугало меня.

– Ты стала ещё сильнее и ярче прежнего!

– Благодаря тебе, жизнь моя! Наше свидание разожгло во мне огонь любви пуще прежнего.

– Богом молю, помоги ей!

Мы оба посмотрели на измученное лицо Патриции.

– Даже не проси меня об этом! – Эделина вспыхнула голубыми языками пламени так, что свет озарил всё вокруг.

Я опустился перед ней на колени.

– Если моя жизнь что-то значит для тебя, помоги ей!

– Нет! – новая вспышка сильнее прежней. – Ты не представляешь, каких усилий стоит мне ей не навредить! Порвать эту тонкую нить проще, чем слиться с любимым.

– Я понимаю, что прошу тебя о невозможном и причиняю боль, прости меня за это!

Но без неё мне незачем жить… – я достал нож и поднял его вверх, намереваясь вонзить себе в сердце.

– Остановись, безумец!

– Чего же ты испугалась? Сейчас я приду к тебе.

– Нет. Ты придёшь не сюда. Здесь миллионы миров и нам не дадут быть вместе.

– Значит, я нужен тебе живой?

– Да, – тихо ответила она, огонь внутри неё стал тусклее. – Пообещай мне…

– Всё, что захочешь, только спаси её!

Она протянула руку и прикоснулась к моему сердцу. Причём показалось, что она держит его на ладони, прямо в моей груди, бережно и любя, но стоило ей сжать кулак… и я бы упал замертво.

– Клянись, что не забудешь меня, где бы ты ни был, и позволишь быть с тобою рядом всегда!

Нож выпал из моих рук.

– Да будет так. Обещаю, что спасу твою душу, чего бы мне это ни стоило!

Она раздумывала, вспыхивая всеми цветами радуги, при этом рука, державшая моё сердце, светилась ровным золотым цветом.

– Забери моё сердце, делай со мной всё, что хочешь, только верни Патрицию! – этих слов оказалось достаточно.

Она отпустила моё сердце и прильнула к губам, от чего всё во мне ожило и завибрировало, словно пронзённое молнией. Это была столь глубинная связь, что разрушить её не смогла бы и тысяча смертей: сколько бы мы не умирали и не рождались вновь – она во мне, а я в ней на веки вечные.

– Раздень её.

Я порвал рубашку, полностью обнажив тело моей жены, ещё не окрепшее после одних несчастий и уже поражённое другими. Дух Эделины повис над ней.