Рубль-пять

В кого такая уродилась, удивлялись бабы, но громко шептаться про это не смели – за такое можно было получить от дородной Дарьи так, что долго в голове гудеть станет.

Окончив восьмилетку, Элеонора поехала учиться в райцентр, в лучший техникум, на бухгалтера. Тут уж стали судачить, что в родной колхоз такая краса не вернется – присмотрят ее женихи, не чета деревенским.

Что там сталось, доподлинно неизвестно, много слухов ходило по деревне. Болтали, что приглянулась Эля сыну какого-то партийца в высоком чине, и тот жениться вознамерился.

Но в деревню Эля тогда и в самом деле не вернулась. Дарья ничего не рассказывала про дочь, а ее никто и не спрашивал, побаивались ее острого языка и сурового нрава. А только ходила Дарья мрачнее тучи.

Прошло несколько лет, и объявилась Эля в деревне… От автобуса, дважды в день приходившего в деревню из райцентра, шла женщина в светлом платье и косынке. Шла она, тяжело ступая, потому что была на сносях.

Старухи на скамейке у забора с удивлением опознали в женщине Элеонору.

Она вошла в свой двор и скрылась в доме. Старухи, ожидая хоть что-то распознать со двора Рыбаковых, услышали только звон лязгнувшей на двери щеколды.

Так же тихо и незаметно уходила Эля из родного дома следующим утром в сторону автобусной остановки, и больше ее в деревне никто никогда не видел. Бабки шептались, что жестокосердная Дарья не пустила домой беременную невесть от кого дочь, выгнала на все четыре стороны. Как было на самом деле, никто никогда так и не узнал.

А по осени, когда уже распутица прошлась по местным дорогам своей бороной, случилось нечто, украсившее досуг скучающих деревенских сплетниц.

С приехавшего с большим опозданием из райцентра автобуса сошла средних лет женщина в строгом сером пальто. Кое-как пробираясь в своих коротких ботиночках по разъезженной уличной грязи, женщина оглядывала дома в поисках написанных на них названий улиц и номеров домов.

Остановившись перед домом Дарьи Рыбаковой, женщина стряхнула с пальто капельки начинавшего моросить дождя и решительно открыла калитку.

Жившая напротив дома Рыбаковых Валентина Крушинина стояла у своего забора и изо всех сил старалась разобрать громкий разговор, доносившийся из соседского дома. Но, к своему великому сожалению, не расслышала почти ничего.

В недоумении ушла Валентина домой, решив, что зря мокнуть под осенним дождем не имеет смысла, и уже в окно увидела, как приехавшая дама в модном пальто вскоре удалилась из дома Рыбаковых, имея довольно сердитый вид.