Часы Мидаса. Кошачий язык

Кот точно кивнул! И смотрел ей глаза в глаза!

– Ты меня понимаешь?

– М-уи! Уи!

– Ты… ты умеешь разговаривать?

– М-уи-мэ-мм-аль! Ма-ак-ль-моо!

Селин ошалело затрясла головой. Кот говорил! С кошачьим акцентом, но точно по-французски! Oui – да, mais – но, mal – плохо! Manque – недостаток, le mot – слова! С ума можно сойти!

– Я правильно поняла? – решила все-таки уточнить Селин. – Ты хотел сказать: «Да, но плохо, не хватает слов»?

– М-уи!

– Тебя научил мсье Вурду? Все-таки он – твой хозяин?

Но кот вдруг напрягся и стрелой исчез в кучах мусора.

Залаяла собака. Селин выпрямилась и увидела, как в калитку вошла немолодая тетка в спортивном костюме и с пуделем на поводке. Пудель натягивал поводок и гавкал.

– Не бойтесь, мадемуазель, – затараторила спортсменка. – Мой Этьен ласковый, никогда не обидит. Он просто хочет познакомиться с хорошенькой девушкой. Этот вот у Терезы ее Гастон, мсье Коренвиль, бульдог, тот запросто может броситься. И у мсье Тупе его Марселина, овчарка, мадемуазель Фок, тоже очень злобная.

А мой мальчик, мой сладенький…

Селин изобразила вежливую улыбку и почти бегом кинулась со двора к своей машине. Что за бред! – думала она, называть собак человеческими именами, да еще с фамилиями! Или у них тут в Барль-ен-Бри такой местный обычай? Ворону зовут Софи, кота – Фернан… А все-таки, какой удивительный кот! Умеет разговаривать, ромашку подарил… Она с нежностью посмотрела на цветок – никогда б не поверила, что кошки способны дарить цветы, – положила ромашку над приборной доской и тронула с места «мерседес».

Селин быстро добралась до Парижа, и в городе ее тоже не задерживали пробки. Однако ехать в банк она передумала. Правда, как-то глупо заявляться к своему жениху на работу среди дня, даже если она фактически владеет банком.

Раньше она сама там работала – была референтом отца, у нее ведь финансовое образование и степень доктора, но теперь не может же она, хозяйка банка, быть референтом у собственного жениха? Ну, наоборот – куда б ни шло.

Конечно, вместе с контрольным пакетом, она унаследовала и отцовское президентское кресло в совете директоров, но занимала его лишь формально – присутствуя лично только на заседаниях. Фактически главой банка стал теперь Жюстен, он и раньше был правой рукой ее отца, поэтому не только Селин, но и все руководство банка абсолютно не сомневалось в его деловых и профессиональных качествах.