Причудливость скользящих миражей. Два детектива под одной обложкой

– Осадила? Верный способ? Ты что, плюнула в неё, что ли? – рассмеялся Михаил.

– Зачем плюнула? Я всегда говорю хамам: «Погодите, погодите я включу диктофон. И вот эту фразу повторите, пожалуйста». Обычно это приводит особо борзых в чувство. Никто не хочет оставлять после себя мусор в истории.

– Ты её записывала? – заинтересованно спросил Михаил, – может быть и запись сохранилась?

– А то! Я ничего не выбрасываю, – Ольга вскочила со стула и быстрым шагом пошла в кабинет. Минут через пять вышла и победно заявила, – вот, получай!

Она протянула мужу диск и компактный СД-проигрыватель.

На диске значилась надпись: «Бадяжный бензин. Софья Мизгирёва и дата» Михаил нажал кнопку «воспроизведение»: Женский голос:

– Господи, испугали, да пожалуйста… (Голос низкий, с трещинкой. «Много курила». – решил Михаил). – У вас что, есть на примете такой осёл, который нассыт мне целую цистерну на разбадяжку всего объёма бензина? У меня в городе пять заправок!

Голос Ольги:

– У вас муж…

Голос Софьи:

– Да бросьте вы! Даже мой муж не может напрудить столько мочи… (пауза) … Хотя стоит попробовать, вероятно, сможет (смеётся) … Он у меня сыкло, наверное, сможет!

Окрик Ольги:

– Ну, хватит паясничать! Ваш муж химик?

Голос Софьи:

– Ну и что? Я тоже химик, правда, ни дня не работающий, но все же химик… Вы думаете, у химиков мочи больше?

Спокойный голос Ольги:

– Вы завтракали? Может быть, кофе?

Звук падающего предмета.

Голос Софьи:

– Не надо меня лечить! Я леченная!

Шаги. Стук двери.

– Она что-то бросила? – сделал брови домиком Михаил, – откуда звук падающего предмета?

– Смела со стола блокнот, – нехотя пояснила Ольга. – Хлопнула дверью и ушла.

– И что? Почему ты её не вернула?

– Миша, я была адвокатом потерпевшего, а не её. – Ольга опять раскрыла каталог старинных монет. – Всё, что могла тогда – сделала. Я ведь приглашала Софью заключить мировое соглашение… Получила то, что получила! Потом, правда, ободрала её по полной и даже за моральный ущерб по верхней границе отыграла.

Она меня запомнила… Как видишь, я её тоже… Ты уверен, что она сама? – Ольга недоверчиво посмотрела на мужа, – такие особы редко причиняют вред себе любимой…

– Сама. Правда, из предсмертной записки следует, что её

к этому краю подвели…

– Понятно … – вздохнула Ольга, – чистая 110-я.