Эйваз

Для меня это было абсолютно не свойственно. Пожалуй, я и сама удивилась своей просьбе. Но уж больно захватывали меня глубокие познания Сей-Мана.

Поверить не могу, что он побывал аж на двух войнах…

Что еще скрывалось внутри этого человека?

И о чем я даже не догадываюсь?

– Про оружие на сегодня – достаточно. Теперь – про первую медицинскую помощь.

Я тут же скисла, наморщив лоб.

– Тая, это очень важно, – серьезно произнес учитель, заметив резкое угасание моего интереса. – Ты должна это знать.

– Хорошо, – соглашаясь, произнесла я и приготовилась слушать.

– Итак… Ранения бывают разные, соответственно, и кровотечения бывают двух видов – венозные и артериальные. С венозным кровотечением у тебя есть шанс на спасение, ты продержишься несколько часов. С артериальным – у тебя будет двадцать секунд, чтобы успеть покаяться Богу или быстро наложить жгут поверх раны. Тут – выбирать тебе, дальше – потеря сознания и гипоксия. Поэтому запомни, Тая, это очень важно: жгут всегда под рукой.

Запомни – всегда! Не в рюкзаке – он либо намотан на приклад, либо лежит в разгрузке под рукой. С собой всегда нужно иметь два жгута. Это тоже важно.

– Ты так много знаешь, – со вздохом произнесла я.

– Дисциплина – фундамент жизни, Тая. И ты скоро будешь знать много, а дальше все будет происходить на интуиции. Мы все учимся.

– Да, но ты получил свой опыт в настоящих боевых условиях. Полагаю, что и мне нужно отправиться на войну, чтобы испытать себя.

– Не говори глупостей! – насторожился Сей-Ман.

 – Тая, война – это не романтика, как полагают многие. Это – страшно.

– А я и не романтик.

– Выбрось эти мысли из головы и никогда этого больше не произноси. Понятно? Тем более для современной войны народ не очень-то и нужен, кнопку нажал – и все, полетели «Томагавки» с «Калибрами».

– Это верно, – вздохнув, согласилась я.

– Ну, вот и хорошо. Пойдем, – произнес он, забирая у меня из рук автомат.

– Куда? – встрепенулась я.

– Покажу, как бывает громко на войне.

– О! Мы идем стрелять?!

– Да, твой первый урок по стрельбе.

Я сжала от радости кулаки, а Сей-Ман поджал губы и насупился.

Он заметил неподдельный энтузиазм в моих глазах к огнестрельному оружию, да и к оружию вообще – один мой восторг чего стоил, когда Сей-Ман вручил мне кукри на шестнадцатилетие, и сейчас он, видимо, не понимал: радовал его такой настрой как учителя, или…

Огорчал как человека.