Ведьма

 – Потом искать его место… не люблю откладывать на потом.

– Что за девица! – Всплеснула Наталья Ивановна, наблюдая за моим побегом с недовольным лицом. – Лучше бы ты к своему одиночеству так относилась! А знаешь что?

– Сдаётся мне, сейчас узнаю, – фыркнула себе под нос, пролезая между лестницей и тележкой с книгами.

Не обращая внимания на мою иронию, старушка не отставала:

– У меня племянник живёт. И умный, и красивый! Да за ним девки толпами бегают… Я тебя столько раз в гости звала! Давай, познакомлю! Разница в возрасте у вас не настолько критична… но это даже выгодно.

«Ага… очередной бабник, живущий у своей тётушки. Да ещё и моложе меня на шесть лет. Идиотизм. Я в няни не нанималась».

– Наталья Ивановна, там Игорь Васильевич просил ему Бальмонта отложить.

– Ой! Точно! – Спохватилась женщина, резко меняя направление. – Он же скоро придёт!

Как только расстояние между нами образовалось приличное, с облегчением выдохнула.

Признаюсь, за нового поклонника начальницы, зачастившего к нам с одной целью – чаще видеть строгую руководительницу библиотеки, ухватилась, как за спасательный круг. Но! Главное, что это сработало, потому что за последний месяц подобные разговоры меня вымотали. Всё больше приходила мысль, что Наталья Ивановна от своего племянника отделаться решила таким образом. А что? Переселить его на другую жилплощадь к одинокой «барышне» – чем не вариант?!

Да – мне тридцать два года! Да – я одна! Да – работаю в библиотеке, которую сейчас практически никто не посещает.

«Нет, не всё… кота бы мне для полного счастья, да только ответственность это большая. Не хочу брать кроху для того, чтобы он дома один сидел под дверью, поджидая меня с работы…»

Пока вырулила из лабиринта стеллажей, настроение пропало окончательно. Как-то взгрустнулось.

Не дойдя до своего стола, остановилась напротив настенного зеркала и моргнула.

«Красивая… да нет. Обыкновенная. Две руки, две ноги. Да, волосы у меня волшебные, но я для их здоровья столько делаю! И маски, и бальзамы. Дорогущий шампунь, чтобы они были шелковистые. А ещё родной бронзовый цвет никогда не подвергался воздействию аммиака! Сколько себя помню, даже желания не возникало высветлить или затемнить тон родного каштана. Эх! И что этим мужикам надо!?» – Раздражённо отодвинув стул, шумно опустилась на сиденье.