Ты только руку протяни… Два детектива под одной обложкой

Олег вытащил его в прямом смысле из такого дерьма, что теперь тот ему по гроб обязан… Ивана из армии попёрли за пьянку, жена бросила, бомжевал. Олег его вылечил и дал всё. Он при нём человеком стал, новую семью обрёл. Усачев за Олега кого хочешь на британский флаг порвёт. Ко всему прочему, Бурлаков ему и его ребятам такие деньги платил, каких никто, никогда, никому за охрану не платит. У Олега была поговорка: «Денег не надо жалеть на детей и на охрану, потому как дети – твоё будущее, а охрана – твоё настоящее». Усачев тысячу раз перепроверил на связь с конкурентами всех, кто был приглашён на работу в корпорацию.

А уж ближний круг перетряс по песчинкам.

Михаил вновь взял в руки карандаш и постучал им по поверхности бюро:

– Ну, предположим, вы правы. Хотя… – следующую фразу Исайчев проговорил мысленно: «Надо дать Васенко задание покопаться в интернете, там все сплетни собраны, может, что и нароет», а вслух произнёс, – а повар? Повар сам мог иметь на Бурлакова зуб?

Вопрос следователя вызвал у Слаповского ироническую ухмылку:

– Гуидо? Ни за что!

Он уже готов был пояснить, но крик, который оглушил резиденцию, заставил Исайчева прервать допрос.

Михаил извлёк из-под бумаг сотовый телефон и набрал номер телефона Васенко:

– Роман! Что это? Опять труп? Нет? Уже хорошо… Ну? – И чем дальше Исайчев слушал пояснения коллеги, тем чётче его лицо приобретало выражение, будто он глотает что-то кислое. – Зачем? – простонал он, – зачем ты ему сказал? Как я теперь буду его допрашивать? Ты что, не мог придумать причину отсутствия сегодня ужина? Ну, невозможно здесь работать… невозможно, и всё… – Исайчев раздражённо бросил телефон на папку с бумагами, тот подскочил и, ударившись о верхний ящик бюро, жалобно пискнул.

 – Ладно, давайте, Алексей Иванович, дальше…

На лице Слаповского появилась и сразу исчезла ироническая улыбка:

– — Я понимаю, сейчас Сайрус узнал о гибели Гуидо? Вам нужны дальнейшие пояснения?

– О чём?

– Гуидо никогда бы ничего не сделал без ведома Сайруса.

Они семья. Не обычная, но всё же семья… Я видел лицо Бриона в первые минуты гибели Бурлакова, это было всё что угодно, но только не лицо убийцы. Поварёнок относился к хозяину с придыханием, с благоговением…

– О, Алексей Иванович, вы не знаете, какие лица бывают у убийц. Очень разные лица у них бывают, уверяю вас…

Слаповский тоном бывалого человека заметил:

– Не скажите, Михаил Юрьевич, я ведь чеченскую войну прошёл и многое видел не только в бою.