Волчья свадьба. Книга 1

 – Ты у нас не робкого десятка, так что всё самое лучшее у тебя ещё впереди, уж поверь.

– А как тебе живётся в Новороссийске? Появились новые знакомые?

– Ты знаешь, мы поселились в военном городке, у нас там коттедж с небольшим участком. Неплохо, уютно. Кстати, встретила там нашего земляка, который ещё с твоей сестрой ходил, как его… Ну да не важно, мы даже не здороваемся. Я в основном общаюсь с жёнами военных, правда, все они старше меня и уже нянчат детей, так что у нас несколько разные интересы. А я вот пока не собираюсь становиться матерью, катаюсь два раза в неделю в спортзал, занимаюсь учёбой… Иногда тоскую по маме с папой, по друзьям из класса, а в целом мне нравится такая жизнь: руки двигаются, ноги ходят, голова работает – красота!

– А волчий ген не мешает тебе жить?

– Нисколько.

Я сижу на таблетках, которые блокируют выработку гормона. Так делают все, у кого нет подходящих условий для превращения.

– А много раз ты уже превращалась в волка?

– Шесть раз. Причём во второй раз было ещё страшнее, чем в первый.

Стояла и тряслась: а вдруг не получится? Всё обошлось, я даже запомнила, как охотилась на зайцев, а их там, куда ни шагни, полным-полно, так и просят, чтобы их съели.

– И ты съела?

– Ну да. Зайцы – это деликатес для новичков, – усмехнулась она.

– Почему именно для новичков?

– Опытные волки охотятся на кабана, а нам это пока что опасно, тем более, вепря надо резать целой стаей. Может быть, и нам с тобой удастся когда-нибудь поохотиться вместе.

– Зарекаться не будем. Кто знает, как там всё сложится, – неопределённо ответила ей я.

Мы болтали ещё о чём-то постороннем, просидели до самого вечера, потом попрощались. Надя хотела помочь, внести в мои мысли хоть какую-то ясность, не влезая при этом в те области, о которых мне было бы неприятно говорить.

Было странно, что она, ещё такая юная по возрасту, говорила и рассуждала, как моя мама, и советовала смириться с тем, что для меня уготовлено.

«Н-да… Смириться, но не давать себя в обиду, – рассуждала про себя я.

 – И как это понимать? Может, и Надю подговорили, чтобы она попробовала меня переубедить? Неужели она согласилась бы на такое? Неужели все вокруг меня – не те, кем казались раньше? Как же теперь с этим жить и кому доверять?»

После размышлений, которые ещё только больше запутали меня, мне не хотелось ни оставаться в Нижнем Волчке, ни возвращаться в Краснодар, где меня ожидал переезд в тюрьму.