Медная. Защищая Долину

– Рина… – он замолчал, и продолжил лишь через минуту, – это не так-то просто…

– Дядя Карен, – она взяла его за руку, – я не маленький ребенок. Я все понимаю. И не в праве осуждать ни тебя, ни ее. Это ваше дело и ваши тайны. Но я совсем ее не помню. После смерти мамы, она как будто начала избегать меня. Меня не интересуют ваши отношения. Меня интересует она. И мне кажется, никто во дворце не знал ее так хорошо, как ты.

Карен улыбнулся. Он жестом пригласил ее присесть на диван.

– Ты права, Рина, она действительно начала избегать тебя.

Когда твоя мама погибла, мы были там, и она, и я… Астра очень страдала. А еще она боялась.

– Что будет следующей? – предположила принцесса.

– Она точно знала, что будет следующей, – ответил мужчина, – знала, что через семь лет они вернутся. Она ничего не объяснила. Хранила тайну до конца. Сказала, что ей осталось жить семь лет.

– Она меня ненавидела? – слезы блеснули в глазах девушки.

– Нет, Рина, она тебя очень любила. Любила как свою дочь. И отдала жизнь за тебя, потому что любила.

Астра знала, что, если будет рядом эти семь лет, ты снова будешь страдать. Она избегала тебя, чтобы уберечь от боли. Мы все видели, как ты переживала из-за смерти мамы. Тебе тогда было пять. Астра понимала, что, когда тебе будет двенадцать, и ты уже будешь все понимать, тебе будет гораздо больнее. Вот почему она отдалилась от тебя. Позволила Мие стать для тебя второй мамой.

Слезы покатились по щекам.

– Я ее почти не помню. И практически не знаю. Только то, что во дворце судачат… Репутация у нее сам знаешь…

Карен снова улыбнулся:

– Ей было все равно.

Они с Амели очень разные по характеру. Твоя мама была очень нежной и мягкой. Астра же как ежик. Ей нравился тот образ, который она сама себе создала. Ей нравились слухи вокруг нее. Ей нравилось злить Ее Величество, королеву Изарду. Нравилось, когда, придворные дамы покрывались пятнами стыда от ее колкостей. Но все это только слухи, Рина. У Астры был лишь один мужчина – я.

– Вы любили друг друга, – догадалась принцесса.

– Любили… – согласился герцог, – Это сложно понять. Даже мне. Даже сейчас. Всегда ее любил и буду любить. Но и жену свою люблю. Вот так вот бывает, Рина. Они разные, и каждая дорога мне по-своему.

Помолчали. Наконец, Сайрен решила спросить о главном:

– Дядя, – наконец спросила девушка, – Астра рисовала?

– Ты в ее комнату ходила? – догадался герцог, – Ее покои опечатывал я. У меня рука не поднялась, и я оставил все как есть.