Любить вопреки. Цикл романов «Любящие сердца»

Да что же это, черт возьми, с ней происходит? Почему она ведет себя словно это ее первый сезон? Она вполне взрослая женщина. Так почему же сейчас она застыла перед этим мужчиной не в силах произнести ни слова? Да что там говорить о словах. Она-то дышать начала с большим трудом.

Девушка пыталась вспомнить, что же она собиралась ему сказать. Но ей это так и не удалось. Она как последняя дурочка продолжала во все глаза пялиться, на незнакомца. Единственная мысль, которую она вполне могла осознать это то, что этот мужчина не правдоподобно красив.

Если бы ей минуту назад сказали, что красота мужчины может вывести ее из равновесия, а вернее даже ввергнуть в ступор она бы рассмеялась в лицо этого человека.

Камилла опомнилась лишь тогда когда незнакомец по хозяйски обнял ее за талию и повел в круг танцующих. Его сильная широкая ладонь сжимала ее талию. От этого прикосновения дрожь волнами расходилось по телу девушки. Она чувствовала даже сквозь ткань платья жар, исходивший от его ладони.

Пока они шли, его бедро задевало юбки ее платья и это казалось чем то интимным. Щеки Камиллы запылали так жарко, что от них вполне можно было разжечь огонь.

Камилла несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, что бы взять себя в руки. Она понимала, что мужчина это заметил. Именно поэтому бросил на нее взгляд, в котором читался смех. Черт возьми. Камилла Гарден. Немедленно возьми себя в руки. Что это с тобой, черт возьми, происходит? Ну вот. Теперь еще она ругает саму себя.

Только бы она это делала не вслух.

Войдя в круг танцующих мужчина развернул Камиллу к себе лицом и взяв ее ладонь в свою повел девушку в танце. Его движения были уверенными и властными. Камилла понимала, что нужно сказать хоть что то, но не могла. Она не могла заставить себя говорить в объятиях этого мужчины. Жаркая краска по-прежнему заливала ее щеки. Он слишком сильно прижимал ее к себе. Но она не мола с эти ни чего сделать.

Единственное что Камилла могла это бранить себя за глупость.

Пожалуй, позволить ему увести ее танцевать было огромной глупостью. Ей следовало бежать. Как только она взглянула на него, нужно было бежать прочь сломя голову. Так какого же черта она этого не сделала? Почему позволила ему прикоснуться к себе. Теперь уже поздно было сопротивляться. Камилла чувствовала, что угодила в ловушку.

Ее грудь упиралась в его широкую сильную грудь. С каждым поворотом в танце он все сильнее прижимал ее к себе.