Женщина без лица

Стругс подергал шеей, словно разминая ее, потянулся к папкам, лежащим на столе, и достал одну из них.

– Установка санкционирована Дагомировым. Он сам того пожелал, потому что пользоваться обычными спутниковыми телефонами в самолете запрещено: они мешают работе приборов. Телефон установили перед вылетом в Нью-Йорк. Работали наши связисты. Можете с ними встретиться, если хотите.

Спустя час Роман позвонил Алексею Махову, талантливому программисту, к услугам которого часто прибегал, чтобы тот достал ему список лиц, с которыми Дагомиров общался с борта самолета.

Роман чувствовал, что именно телефон являлся причиной гибели Дагомирова. Конечно, не сам телефон, а устройство, установленное одновременно с ним. Ребята-связисты клялись, что ничего, кроме инструментов и деталей для установки, в руках не держали. Испугавшись обвинения в случившемся, они были весьма искренними в эмоциях. Роман, как никто другой умеющий считывать истинный смысл слов и поведения людей, был уверен, что они говорят правду.

В полдень он встретился с бывшей женой Дагомирова недалеко от дома, где она проживала с десятилетним сыном. Они как раз прогуливались по парку, ожидая Романа. Мальчик обрадовался, когда мама попросила его оставить их и заняться велосипедом, на который он обреченно поглядывал, волоча рядом с собой. Он весело понесся вперед.

– Дмитрий так и не понял до конца, что отца больше нет, – сказала Наталья Дагомирова. – Счастливое детство: ни проблем, ни тревог.

Сын все так легко и быстро забывает, что я порой ему завидую.

– Примите мои соболезнования, госпожа Дагомирова, – тихо произнес Роман и дотронулся до ее руки.

Она едва заметно улыбнулась этому красивому мужчине. Он впечатлил ее своей внешностью. Пожалуй, их встреча была единственным приятным моментом после смерти мужа. Высокий, великолепно сложенный, с мягкими серыми глазами, которые приятно лучились, когда он улыбался, с тонким прямым носом и темными волосами. Наталье захотелось убрать с его лба шелковистую прядь, дотронуться пальцами до кожи.

Она прикрыла глаза и постаралась избавиться от волнующих ее мыслей.

– Зовите меня Натальей.

– Как скажете, – Роман легко сжал ее пальцы.

Наталья Дагомирова мало походила на типичную жену миллиардера, какой представлял ее Роман. Она была милой женщиной, лишенной того снобизма и высокомерия, которыми славятся супруги русских владельцев финансово-промышленных капиталов.