Разными дорогами

 – Какая же ты искусница!

– Спасибо, – благодарно улыбнулась я и откинулась назад, прикрывая глаза. Напряжение последних часов давало о себе  знать, меня начинало привычно потряхивать.

Почувствовала, как дядя обернулся и посмотрел на меня, удовлетворенно хмыкнул и отвернулся.

Эрик кун’Колер оказался четвёртым в списке тех, у кого мы изъяли очередной кристалл семьи Кэмпбеллов. Ещё оставалось пять кристаллов. И пять незаконных владельцев. К сожалению, сведения у нас были пока о двух. Три кристалла находились  неизвестно где и неизвестно у кого.

Как и тот человек, который несколько лет назад украл у меня артефакт.

И всё же, если бы три года назад, когда дядя Альберт сообщил, что Артефактор словно растворился в воздухе, и те, на кого он так надеялся, тоже ничем не могут помочь, мне сказали, что я смогу вернуть хотя бы часть семейной реликвии, я бы не поверила. Тогда я находилась в жутком отчаянии.

А сейчас…

Сейчас я знаю, что верну все девять кристаллов из ожерелья Кэмпбеллов, которые мой фальшивый муж с фальшивым именем лорд Роджер Саливан всё же разделил.

И успел реализовать на подпольном мировом рынке покупки и продажи магических кристаллов уже шесть кристаллов из девяти. По крайней мере, судьбу шести кристаллов дядя отследил.

Я была уверена, потому что магия Кэмпбеллов не исчезла, как я боялась. Наоборот, заиграла новыми красками. А всё благодаря довольно неожиданному событию, которое произошло в моей жизни. И спасло  и меня от разрушающего чувства вины, и магию рода, которая должна была исчезнуть, а ещё предоставило необходимую ниточку для поиска  мошенника.

Глава 6

Дорога домой была долгой и утомительной. Мы старались нигде не останавливаться, чтобы к утру пересечь границу. От границы до дома было ещё два дня пути с одной остановкой на ночлег.

Три года назад мой дом находился в небольшом городке на Севере Княжества Ринского, называемого так жителями по старинке. Княжество давно уже стало Ринской империей.

После того, что случилось, мне и дяде пришлось покинуть родной город, так как жить там, где я родилась и выросла, стало невозможно.

Сплетни, косые и презрительные взгляды, непристойные предложения мужчин стали меня преследовать.

Сначала я старалась не обращать на весь этот кордебалет внимания. Ходила по улицам города с высоко поднятой головой и бесстрастным лицом. Думала, посудачат и прекратят, – всё-таки соседи знали меня с детства, и злыми сами по себе не были.