Разными дорогами

Я рассказывала сказки, они то жаловались друг на друга, то бесились, причём Лиса исподтишка любила задеть Алекса, чтобы тот заверещал. Сегодня она тоже ущипнула брата, тот захныкал, я же посмотрела на маленькую хитрюгу с хмурым видом и погрозила ей пальчиком. Лиса невинно улыбнулась в ответ, но Алекс уже дёрнул её  за тёмные локоны…

Помирив малышей, я уложила их в кроватки, потом держала за ручки и пела колыбельную песенку, а когда они заснули, долго любовалась на спящие невинные мордашки. Одновременно такие  разные и такие одинаковые.

 Лиса во сне всегда сосала большой палец правой руки, и от этой привычки пока никто не смог её отучить, а Алекс засыпал в обнимку с мягкой игрушкой.

Утром вернулся Грегори, свежий, собранный и деловой,  и сказал, чтобы я собиралась в долгую и дальнюю дорогу. За недостающими кристаллами Кэмпбов.

Я промолчала насчёт того, что мы только что вернулись, и я хочу побыть с детьми. По виду мужчины поняла, что просьбы будут напрасны. Вероятно, то, что я узнала правду об их обмане, и сыграло решающую роль в нашем быстром отъезде.

До этого Грегори, тогда ещё он был для меня дядей Альбертом, говорил, что мы уедем через месяц.

Угрюмую Рину в этот раз принц не взял с собой. Женщина прижалась к нему, обняла, что-то тихо бормотала. Я услышала только, как Грегори шепнул ей:

– В этот раз нет, любимая. При первой же возможности я тебя вызову.

Приехавшим Вермусам Грегори сказал:

– Я на вас надеюсь. Впрочем, как и всегда.

– Рады служить вашему высочеству, – ответил Джем Вернус, слегка поклонившись.

 – Будте спокойны.

Его жена, или кто она там была на самом деле, лишь мягко улыбнулась. На меня супружеская чета посмотрела непонятно. Изучающе, и в то же время задумчиво. Причем взгляды у обоих были одинаковые. После я почувствовала легкое ментальное вмешательство в мои мысли, а потом заметила, как принц обменялся с Джемом  многозначительными взглядами. Менталиста я наградила выразительным взглядом, которым сказала всё хорошее, что я о нём думаю.

Мужчина лишь холодно посмотрел на меня, жестко усмехнувшись.

Прощание с детьми вышло тяжёлым. Я ещё не насладилась общением с ним, не надышалась их особенным запахом.

Когда я сообщила малышне, что снова уезжаю, Алекс заплакал, а Лиса так посмотрела на меня, как будто я смертельно обидела её. А потом моя девочка  спряталась в доме так, что найти ее смогла только Рина. На мгновение сердце болезненно кольнуло, – эта непонятная женщина знает моих детей лучше, чем я.